Цель жизни для Сони — родить побольше детей. А точнее, сыновей. Она снова забеременела и до смерти боится, что опять родит девочку. Когда Латифа начинает стягивать с матери шаль или хочет поиграть с ней, Соня дает дочери оплеуху и оправляет материю. Есть примета, что если последний родившийся ребенок играет с материнской шалью, значит, следующей на свет появится девочка.
— Если я рожу девочку, Султан возьмет себе третью жену, — обращается она к Лейле, нарушая затянувшееся молчание.
— Он так сказал? — изумленно спрашивает Лейла.
— Да, вчера.
— Он просто хотел тебя попугать.
Соня не слушает.
— Только бы не девочка, только бы не девочка, только бы не девочка… — бормочет она про себя, и убаюканная монотонным голосом матери дочка засыпает, не выпуская, соска изо рта.
Глупая корова, думает Лейла о своей невестке-ровеснице. Ей неохота разговаривать с Соней. Лейла должна вырваться отсюда, она знает это. Она знает, что не может просиживать целыми днями дома с Соней, Шарифой, Бюльбюлой и матерью. Я сойду с ума. Я так больше не могу, повторяет она про себя. Это не мой дом, не моя жизнь.
Она вспоминает Фазиля, то, как с ним обошелся Султан, именно история с Фазилем и стала той последней каплей, что заставила ее признать: пора строить самостоятельную жизнь. Тогда-то она и решила записаться на курсы английского.
Одиннадцатилетний мальчик работал изо дня в день, таская ящики с книгами, по вечерам ужинал с родственниками и спал, свернувшись калачиком на циновке под боком у Лейлы. Фазиль — старший сын Мариам, племянник Лейлы и Султана. У Мариам с мужем нет денег, чтобы прокормить всех детей, и когда Султану понадобился помощник, они с радостью согласились отдать Фазиля в дом старшего брата. Взамен мальчик должен был ежедневно по двенадцать часов надрываться в магазине. С родителями он виделся только по пятницам, в выходной, когда его отпускали домой в деревню.
Но Фазилю нравилось у дяди. Днем он прибрался в магазине и таскал ящики, вечером играл и боролся с Аймалом. Один Мансур омрачал его существование — мог ни с того ни с сего дать подзатыльник, а за малейшую оплошность бил кулаком по спине. Но и на Мансура, случалось, находил добрый стих, тогда он шел с Фазилем в магазин и покупал ему новую одежду или водил обедать в ресторан. Фазиль вообще был доволен, что вырвался из своей грязной деревушки. Только одним прекрасным вечером Султан сказал: «Ты мне надоел. Возвращайся домой. И чтоб я тебя в магазине больше не видел».
Домашние лишились дара речи. Султан ведь обещал Мариам заботится о мальчике в течение года. Никто не произнес ни слова. Даже Фазиль. И только улегшись на свою циновку, он дал волю слезам. Лейла пыталась его утешить, но сказать было нечего, слово Султана — закон.
Наутро она уложила скудные пожитки мальчика и отправила его домой. Ему самому придется объяснять матери, почему дядя отослал его. Что он надоел Султану.
Лейла кипела от ярости. И как мог Султан так обойтись с Фазилем? Следующей, кого он выгонит из дома, может стать она. Надо что-нибудь придумать.
У Лейлы в голове возник новый план. Однажды утром, дождавшись ухода Султана с сыновьями, она надела паранджу и опять выскользнула из дома. Опять попросила соседнего мальчика сопровождать ее. На этот раз она пошла в совершенно другую сторону, оставила за спиной Микрорайон и разбомбленную бетонную пустыню. Дома на окраине почти полностью разрушены и не пригодны для жилья. Но несколько семей нашли пристанище в этих руинах и живут за счет того, что удается выпросить у соседей, почти таких же нищих, но все-таки с крышей над головой. Лейла пересекает маленький лужок, где стадо коз щиплет чахлые кустики травы, пока пастушонок дремлет в тени единственного выжившего дерева. Здесь проходит граница между городом и деревней. По другую сторону луга начинается деревня Дех-Худайдад. Сначала Лейла заходит к старшей сестре Шакиле.
Ворота открывает Саид, старший сын Вакила, муж Шакилы. На одной руке у Саида не хватает трех пальцев. Он лишился их при взрыве аккумулятора, который чинил. Но другим Саид говорит, что напоролся на мину. Так оно солиднее — звучит почти как ранение, полученное при войне. Лейле он не симпатичен, она считает его неответственным и глуповатым. Он не умеет ни читать, ни писать, говорит как мужик. Как и Вакил. При виде Саида Лейла вздрагивает. Он криво ухмыляется, а когда она проходит мимо него, гладит по парандже. Лейла опять вздрагивает. Вздрагивает от мысли, что ее могут отдать за него. Многие в семье очень бы этого желали. Шакила с Вакилом как-то приходили поговорить с Бибигуль.
«Слишком рано», — ответила Бибигуль, хотя на самом деле Лейле уже пора выходить замуж.
«Самое время», — сказал Султан.
Лейлу никто не спрашивал, впрочем, даже если бы и спросил, она бы ничего не ответила. Воспитанная девушка не отвечает на вопрос, нравиться ей тот или иной человек или нет. Но она очень-очень надеялась, что избежала этой напасти.
