— Это правда? — спросил он. — Годами я жил с этой мукой. Я не мог смотреть ни на одного англичанина, чтобы меня не бросало в холодный пот… Стыд мучил меня.
Их взгляды встретились.
— Скажи мне, Бадра. Пожалуйста. Скажи мне, что это забудется, что я снова буду мужчиной.
У нее разрывалось сердце. Она представила себе, как кричал от ужаса маленький мальчик, когда заместитель Фарика предавался своим дьявольским утехам… И стыд ребенка, когда он позволил англичанину проделать с ним то же самое.
— Ты и есть мужчина, Рашид. Храбрый, достойный воин. И никто никогда не будет в этом сомневаться. Я сохраню твою тайну.
Он кивнул и дотронулся до ее руки. К нему вернулась уверенность, он поглядел на нее знакомым ей твердым взглядом.
— Как и я — твою, — торжественно сказал он.
Она пожала ему руку. Минуту они сидели, погрузившись в воспоминания. И сожаления.
Это было ужасной ошибкой — явится на раут лорда Смитфилда. Сейчас Бадра это поняла. Она хотела закрыться у себя и тихо оплакивать свой отказ выйти замуж за Хепри год назад. Но ее охватили противоречивые чувства. Любопытство победило. Она захотела поближе познакомиться с так называемым английским обществом, которое могло бы стать ее новым миром, если б она вышла замуж за Хепри. Поэтому с помощью горничной Бадра оделась и спустилась вниз. На ней был элегантный шелковый наряд изумрудного цвета.
Когда она увидела толпу гостей, у нее перехватило дыхание, голова закружилась от пестрого мелькания элегантных дам в пышных шелковых платьях и кавалеров в черных смокингах, пока лорд Смитфилд знакомил ее с гостями. Мужчины откровенно любовались прелестной египтянкой. Женщины поджимали губы, смотрели холодным, оценивающим взглядом. Бадра чувствовала себя как экспонат, выставленный на обозрение любопытной толпы.
Поверх всех голов она разглядела знакомое лицо. Герцог Колдуэлл. У нее пересохло во рту.
Одна дама в лимонно-желтом платье, явно заинтересованная, приблизилась к Кеннету. Бадра заметила, что еще несколько дам тоже обратили на него внимание. Его необыкновенно высокий рост, загадочный вид и пронзительные голубые глаза приковывали к нему внимание женщин.
Кеннет перехватил взгляд Бадры. В какое-то мгновение она почувствовала, как он обжигает ее лучами, более жаркими, чем лучи солнца в ее родном Египте. Затем он вернулся к беседе со своей дамой. Его глубокий раскатистый смех прозвучал в ответ на какое-то ее остроумное замечание.
Страх и тревога овладели Бадрой. Она была в чуждом, навязанном ей мире. Одна. Если она совершит какую-нибудь оплошность, Кеннет уже не будет спасать ее.
Когда лакей объявил, что кушать подано, и повел всех в столовую, паника полностью овладела ею. Ей хотелось повернуться и убежать.
Но ноги не повиновались ей, а гордость не позволяла показать себя трусихой.
Огромный стол, покрытый скатертью ручной работы, был уставлен дорогим фарфором, переливающимся хрусталем и мерцающим столовым серебром. Рядом с мрачным видом стоял лакей, такой же чопорный, как и его расшитая золотом темно-синяя ливрея. Атмосфера родственной теплоты на ежедневных обедах лорда Смитфилда не шла ни в какое сравнение с холодной торжественностью сегодняшнего приема. Не удивительно, что Рашид не захотел прийти к нему.
У Бадры бешено заколотилось сердце, когда ее сосед по столу, виконт Оутс, выдвинул для нее стул. У нее похолодели ноги. Как она могла решиться на такое? Ведь она была простая бедуинка, которая привыкла сидеть на расстеленных на песке толстых коврах, а ломтями хлеба пользоваться вместо столовых приборов, пить из простых чашек жирное верблюжье молоко. Лакей стал методично обходить стол, наливая в бокалы гостей рубиново-красное вино.
Через стол она посмотрела на герцога, который был увлечен разговором со своей прелестной соседкой. Бадра посмотрела на стол, выбирая вилку. Что, если она что-то перепутает? Взгляды женщин с явным интересом были устремлены на нее. Они словно ждали ее промаха. Как можно это вынести? «Я не смогу».
Бадра пристально смотрела на Кеннета. Пусть он хоть взглядом, хоть кивком головы как-то ободрит ее. Но казалось, он старательно избегал ее взгляда.
«Пожалуйста, посмотри на меня, Кеннет. Пожалуйста. Я боюсь».
Наконец она дождалась его внимания. Совсем отчаявшись, она встретила его твердый взгляд. Не зная, что выбрать, она дотронулась до одного из сверкающих приборов около тарелки. Ее взгляд безмолвно молил о помощи.
«Следи за мной», — прочитала она по его губам.
Слуги стали разносить первое блюдо. Бадра изучала белую жидкость в тонкой фарфоровой чаше и не знала, какую выбрать ложку. Герцог взял самую большую, опустил ее в тарелку и медленно поднес ко рту. Бадра сделала то же самое, обнаружив, что густая жидкость напоминает суп. Она съела еще одну ложку, вежливо улыбаясь, пока лорд Оутс рассказывал о великолепных лошадях, которыми владела его семья, и отодвинула тарелку.
«Я не обнаружу своего неумения. Я знаю, как пользоваться столовыми приборами».
