Пока он добирался до туда – очень перенервничал. Пару раз его пытались остановить муравины – они сильно куда-то спешили наперевес с лукошками и расстроились, когда он сказал, что пока еще только учится и совсем-пресовсем никак не может их подвезти, потому что это против правил (разумеется, это правило он сам же прямо там и придумал). На что муравины махнули своими огненно-рыжими лапками (к слову, таких Кочепыжка еще не видел – его знакомая муравинка – Мими, в отличие от них была темно-коричневого цвета) и поспешили искать другой транспорт.
На окраинах было хорошо – тихо и спокойно. Здесь никого не было, никто не беспокоил и не отвлекал Кочепыжку от езды. Медленной и монотонной. Пейзаж плавно перетекал из одного в другой, сменяясь крайне нерасторопно.
Уже через пять минут Кочепыжка откровенно заскучал, а еще через пять под мерное покачивание в широком, удобном седле его сморило, и он вовсе заснул.
Очнулся он уже на земле. Тело его затекло от лежания в неудобной позе и покалывало, когда он встал и принялся растирать лапки. Он оглянулся вокруг, пытаясь сообразить, где он и, что самое главное, куда делся Соня. Ведь его нигде не было.
Червячок исчез. Как сквозь землю провалился.
Взволнованный Кочепыжка побежал осмотреться вперед, но так ничего там и не обнаружив, вернулся назад. Он дошел обратно почти до самого центра города, но и тут не было никаких следов Сони. Он незадачливо замер.
Где же мог быть Соня? Оставалось надеяться, что тот вернулся домой – к себе в стойло, когда Кочыпыжка спросонья упал с него в дороге. Но неужели он не почувствовал жесткого соприкосновения с землей?… В любом случае, выбора у него нет. Пока солнце еще не село – лучше рассказать обо всем Кысю, наверняка он что-нибудь придумает. И Кочепыжка побежал сломя голову.
Ну и кутерьма тут началась.
Кысь, побросав все, опрометью бросился к начальству. Пушистый хом в обтягивающем пузико костюмчике от таких новостей тут же схватился за голову и, не переставая причитать, начал ходить по комнате взад-вперед. Простоватый Кысь порывался начать поиски самостоятельно, уверяя, что знает про своих питомцев все и сможет запросто найти Соню. А сам Кочепыжка виновато стоял в сторонке и думал, что же ему за все это-то будет…
Наконец взяв себя в руки, хом-начальник любезно пригласил своих знакомых муравинов для поиска и возвращения верхового транспорта назад в свое стойло. Ведь завтра тому предстояло работать, и он не мог не оказаться под утро на своем месте. Муравины, выслушав, в просьбе не отказали, и сей же час выдвинулись на точку потери.
Как оказалось, червячок, пробурив отверстие в ближайшем овражке, преспокойно ушел вглубь земной тверди, оставив после себя широкий вход в путаницу многочисленных темных ходов, по которым и могли, не потерявшись, пройти разве что муравины да больше никто.
Как Соню вернули обратно – к слову, весьма довольного своим кратковременным побегом и уже успевшего неплохо так отъестся – больше Кочепыжку до пассажирских перевозок не допускали. Его попросили уйти и больше никогда этим не заниматься, обосновывая это тем, что такой род занятий явно не для него.
Кочепыжка же от такой прямолинейности не расстроился.
“Ну и ладно, я найду себе другую работу. – подумал он. – С большей свободой действий. – и на недельку стал лучшим уборщиком в городе, складывая из листиков потрясающей красоты картины. Кстати, о нем даже опубликовали статью в местной газете и светографировали на первую полосу – чем он очень возгордился как местная знаменитость.
А потом вернулись все его друзья. И уже на следующий день они собрались все вместе. Навстречу новым приключениям и веселым открытиям.
Очень скоро в городок пришла зима.
Белая, пушистая, теплая и такая уютная. Ласковым ковром снежок укрыл улицы и крыши домиков, ребятня высыпала на горки, повсюду мелькали санки, лихие возницы, а по воздуху носились вьючные снегири.
Но не все ощущали радости зимы. Были и те, кто полным ходом готовился к спячке. Например, суетливые муравины и прожорливые троллики. Пока их сородичи, мамы, папы и бабушки делали последние приготовления, Юолл и Мими помогали Кочепыжке со строительством нового зимнего домика.
Это занятие традиционно начиналось с первыми морозами, когда из крайней вынужденности Кочепыжка все же покидал свой промерзший грибок, занесённый снегом уже по самую шляпку. И принимался делать новый домик. Утепленный, непродуваемый и, к сожалению, начисто лишенный дневного света под землёй. А ещё немножко блеклый – ярких красок как снаружи, так и внутри домика не предусматривалось, разве что покрашенная с лета в разные цвета радуги мебель. От этого Кочепыжке каждый раз становилось грустно и он очень скучал по уюту и милой обстановке своего летнего жилища.
Строительные работы начались очень живо.
