Кочергин провёл машину по украшенной к Новому году площади Минина и завернул на Верхневолжскую набережную. Уже у кафе, останавливаясь, спросил:
— Как думаешь, что Ветров имел в виду, когда говорил, чтобы мы были осторожными?
Дриго, уже приоткрывший дверь, вернулся на кресло и тихо произнёс:
— Я думаю, он сам тебе всё расскажет. Не зря же визитку попросил. Давай, до завтра.
— Давай, — вяло попрощался Кочергин.
Дриго скрылся за дверью кафе, а Кочергин поехал по заснеженному городу домой, где потом долго отмокал в горячей ванне с морской солью. До вечера таращился в телевизор, стараясь не пускать в мысли Дриго и весь его пёстрый психоделический мир.
Когда хлопнула дверь, Кочергин прямо из комнаты прокричал:
— Соня, там на кухне свежая щука!
— Хоть бы поздоровался, — раздалось из прихожей брюзжание жены.
— Добрый вечер! — съязвил Кочергин. — Там на кухне щука!
Бубня что-то про усталость, зубные протезы и чистку рыбы, Соня, судя по глухим шагам, направилась-таки на кухню. Кочергин вернулся к сериалу, попутно прислушиваясь к тому, как Соня возилась у плиты, а потом пошла в душ. На цыпочках Кочергин прокрался мимо ванной.
На огне уже стояла глубокая сковорода, под крышкой которой, судя по запаху, в сметане с чесноком томилась щука. Потроха и чешую Соня бросила в пакет на мойке. Только что-то там, кажется, было не то. Кочергин подошёл поближе и, морщась от вони, оттянул край пакета. Точно, из кучи костей и плавников торчало что-то ровное и ржавое.
Двумя пальцами Кочергин аккуратно вытащил из рыбьих потрохов старый ржавый ключ на тонкой ножке. Да ещё и с разорванной цепочкой, пропущенной через витиеватую верхушку.
— Представляешь, — раздался прямо у уха Сонин голос от звука которого Кочергин подпрыгнул. — Ключ в рыбине. Кстати, откуда щука-то?
Соня, скучающе смотрела на мужа, размазывая пахучий крем по рукам. Она, оказывается, только что вышла из ванной в мягком халате и чалме из полотенца.
— Чего ты так подкрадываешься, — обиделся Кочергин.
Соня цыкнула и повела глазами.
— Из Оки щука. Клиент подарил.
— Я думала, там уж сто лет ничего не водится, — фыркнула Соня. — Мутанты разве что.
Кочергин припомнил спину огромной железной рыбины, мелькнувшую за краем полыньи. И ведь не расскажешь.
— Ну? Чего глаза выпучил? Сказать что-то хочешь? — безразлично проговорила Соня.
Кочергин в ответ фыркнул, стараясь придать лицу и голосу презрения. И пошёл отмывать ключ. В итоге получил всё тот же ржавый ключ, воняющий сырой рыбой.
— В лимонную кислоту на ночь положи, — посоветовала Соня, уже высушившая волосы.
С обычной косичкой и без раскраса на лице она выглядела лет на пятнадцать моложе и куда свежее, чем обычно, когда в своём традиционном прикиде «как у людей» и косметике походила на обычную пошловатую тётку.
— Ну, чего опять вылупился? — косо глянула на мужа Соня.
— Ничего, — буркнул Кочергин и отправился искать лимонную кислоту. Швыряясь в подвесном шкафу среди всяких пакетиков и бутылочек, всё же выдавил: — Хорошо выглядишь, когда не накрашенная.
— А накрашенная — плохо? — сухо спросила где-то за спиной Соня, ставя на стол тарелки.
— Тоже хорошо. — Кочергин спустился на пол со стула, на который залезал, чтобы покопошиться на верхней полке шкафа. — Но так, без косметики, лучше.
Соня хмыкнула и даже вроде бы улыбнулась. Забрала у мужа пакет желатина, который он спутал с лимонной кислотой, и ключ. Быстро отыскала в шкафу жёлтый бутылёк и насыпала в старый стакан кислоты, которую залила водой. Потом погрузила туда найденный ключ вместе с цепочкой.
Щука, которую Соня потушила в сметане, была такой изумительно мягкой и ароматной, что даже сопливые поролоновые брокколи на пару́ не испортили впечатление от ужина. Кочергин в очередной раз удивился дарам нижегородской природы. Может, и съедобные брокколи кто-нибудь наловчится выращивать.
Стоило Кочергину лечь в кровать, пока Соня досматривала какой-то тягомотный сериальчик, как он тут же подскочил от царапающего звука, будто кто-то скрёбся в окно снаружи. Кочергин осторожно подошёл к окну и заглянул в щель между задёрнутыми шторами. Разумеется, увидел только тёмный зимний двор.
— Ты чего там? — раздалось за спиной.
Кочергин снова чуть не подпрыгнул.
— Показалось, там кто-то есть, — между гулкими ударами пульса произнёс Кочергин.
— А я давно говорила, что видеонаблюдение надо поставить, — затянула Соня, — чтобы камеры кругом, и если что — сразу охрану вызывать, чтобы самим не бегать ночью по двору.
— Нет там никого, — буркнул Кочергин, укладываясь обратно в постель. — Показалось.
— Показалось ему, — бубнила Соня, растирая крем по ладоням. — Вот залезут к нам с топором и пистолетом, и хорошо, если просто дом обнесут, а не как в прошлой серии, когда…