| drawings outlining Da Vinci's progressive theories on astronomy, geology, archaeology, and hydrology. | описывались весьма прогрессивные для тех времен теории Леонардо по астрономии, геологии, архитектуре и гидрологии. |
| Langdon would never forget his reaction after waiting in line and finally viewing the priceless parchment. Utter letdown. The pages were unintelligible. Despite being beautifully preserved and written in an impeccably neat penmanship—crimson ink on cream paper—the codex looked like gibberish. At first Langdon thought he could not read them because Da Vinci wrote his notebooks in an archaic Italian. But after studying them more closely, he realized he could not identify a single Italian word, or even one letter. | Лэнгдон никогда не забудет этого похода в музей. После долгого стояния в очереди он наконец созерцал бесценные листы пергамента. Полное разочарование! Разобрать, что написано на страницах, было невозможно. И это несмотря на то что они прекрасно сохранились и были исписаны изящнейшим каллиграфическим почерком, красными чернилами по светло-кремовой бумаге. Текст был абсолютно не читаем. Сначала Лэнгдон подумал, что не понимает ни слова потому, что да Винчи делал записи на архаичном итальянском. Но, более пристально всмотревшись в текст, он понял, что не видит в нем ни единого итальянского слова. |
| "Try this, sir," whispered the female docent at the display case. She motioned to a hand mirror affixed to the display on a chain. Langdon picked it up and examined the text in the mirror's surface. | — Попробуйте с этим, сэр, — шепнула ему женщина-доцент, дежурившая у стенда. И указала на ручное зеркальце, прикрепленное к стенду на цепочке. Лэнгдон взял зеркальце и поднес к тексту. |
| Instantly it was clear. | И все стало ясно. |
| Langdon had been so eager to peruse some of the great thinker's ideas that he had forgotten one of the man's numerous artistic talents was an ability to write in a mirrored script that was virtually illegible to anyone other than himself. Historians still debated whether Da Vinci wrote this way simply to amuse himself or to keep people from peering over his shoulder and stealing his ideas, but the point was moot. Da Vinci did as he pleased. | Лэнгдон так горел нетерпением ознакомиться с идеями великого мыслителя, что напрочь забыл об одном из удивительных артистических талантов гения — способности писать в зеркальном отражении, чтобы никто, кроме него, не мог прочесть эти записи. Историки по сию пору спорят о том, делал ли это да Винчи просто для собственного развлечения, или же для того, чтобы люди, заглядывающие ему через плечо, не крали у него идеи. Видно, это так и останется тайной. |
| Sophie smiled inwardly to see that Robert understood her meaning. "I can read the first few words," she said. "It's English." | Софи улыбнулась: она обрадовалась, что Лэнгдон наконец понял. — Что ж, прочту для начала первые несколько слов, — сказала она. — Это английский. |
| Teabing was still sputtering. "What's going on?" | Тибинг все еще недоумевал: — Что происходит? |
| "Reverse text," Langdon said. "We need a mirror." | — Перевернутый текст, — сказал Лэнгдон. — Нам нужно зеркало. |
| "No we don't," Sophie said. "I bet this veneer is thin enough." She lifted the rosewood box up to a canister light on the wall and began examining the underside of the lid. Her grandfather couldn't actually write in reverse, so he always cheated by writing normally and then flipping the paper over and tracing the reversed impression. Sophie's guess was that he had wood-burned normal text into a block of wood and then run the back of the block through a sander until the wood was paper thin and the wood-burning could be seen through the wood. Then he'd simply flipped the piece over, and laid it in. | — Нет, не нужно, — возразила Софи. — Я в этом достаточно хорошо натренировалась. — Она поднесла шкатулку к лампе на стене и начала осматривать внутреннюю сторону крышки. Дед не умел писать задом наперед, а потому пускался на небольшую хитрость: писал нормально, затем переворачивал листок бумаги и выводил буквы в обратном направлении. Софи догадалась, что он, видимо, выжег нормальный текст на куске дерева, а затем прогонял этот кусок через станок до тех пор, пока дерево совсем не истончилось и выжженные на нем буквы не стало видно насквозь. После чего он просто перевернул этот истончившийся кусок и вклеил в крышку. |
| As Sophie moved the lid closer to the light, she saw she was right. The bright beam sifted through the thin layer of wood, and the script appeared in reverse on the underside of the lid. | Придвинув шкатулку поближе к свету, Софи поняла, догадка ее верна. Луч просвечивал через тонкий слой дерева, глазам предстал текст уже в нормальном виде. |
| Instantly legible. | Вполне разборчивый. |
| "English," Teabing croaked, hanging his head in shame. "My native tongue." | — Английский, — крякнул Тибинг и стыдливо потупил глаза. — Мой родной язык. |
| At the rear of the plane, Remy Legaludec strained to hear beyond the rumbling engines, but the conversation up front was inaudible. Remy did not like the way the night was | Сидевший в хвостовом отсеке Реми Легалудек силился расслышать, о чем идет речь в салоне, но мешал рев моторов. Реми совсем не нравилось, как развивались |
