— Но как так можно?! — воскликнул возмущенный Хендерсон. — Разведывательный характер! Надо же! В этом случае «Хамелеон» не сможет показать все свои способности. Какой толк от маленького наскока на… На, не знаю… На какую-нибудь завалящую деревеньку. Чтобы разогнать в ней жителей, достаточно обычного танка. А «Хамелеон»… Он необычный танк. Он…
Хендерсон задохнулся от бессильной злобы и возмущения, переполнявших его.
— Ну-ну, не стоит так расстраиваться, — успокаивающе похлопал его по спине Майрон. — Ведь это же только первая проба пера, так сказать. Начнем с малого и простого. А потом уже, в случае успешного испытания, перейдем на более сложные вариации вашей программы. Вы же не думаете, что мы прибыли в Ливию на одну неделю? На неделю только в отпуск можно выйти, — хохотнул он своей шутке. — Нам предстоит большая работа.
Хендерсон в расстроенных чувствах сел на кровать и уныло задумался над перспективой пребывания в этой пустыне еще как минимум месяц.
Майрон, подавая пример, стал собирать свои личные вещи. Хендерсон пару минут наблюдал за ним, а затем и сам начал собираться. А что ему еще оставалось делать?
Затем Майрон куда-то ушел, и Хендерсон, оставшись один, снова открыл чемоданчик с лэптопом. Он погладил клавиатуру, представил, как оживляет голосом спящую программу, и на том успокоился. В конце концов, хоть какое-то движение вперед уже наметилось — и то хорошо.
— Скоро, очень скоро… — проговорил он тихо, словно боялся разбудить таившийся внутри безжизненного корпуса компьютера разум.
— Завтра подъем в пять утра, — объявил внезапно появившийся в палатке Майрон. — Смотрите не проспите.
Хендерсон вздрогнул и едва не уронил с колен чемоданчик. Он быстро закрыл его и, словно нашкодивший школьник, низко опустил голову. Не глядя на церэушника, сказал:
— Тогда будем ложиться.
— Да-да. Вы, Люк, ложитесь, а мне еще нужно кое-что сделать, пока совсем не стемнело, — поспешно ответил Майрон, и по его губам скользнула насмешливая улыбка.
Хендерсон не видел улыбки, но интуитивно ее почувствовал, уловив едва заметную иронию в интонации голоса, когда Майрон ответил ему. Программист снова почувствовал обиду и злость на этих напыщенных и самодовольных вояк. Ему хотелось вскочить и ударить Майрона по щеке, как-то оскорбительно обозвать его. Но он сдержался.
Майрон вышел из палатки, а Хендерсон привычным жестом пристегнул к запястью чемоданчик и улегся на кровать, не снимая одежды и не разуваясь. К чему было снимать одежду, если через шесть часов уже надо будет снова вставать и впотьмах одеваться? Он накрылся одеялом, зная, что ночью в пустыне похолодает так, что все равно придется укрываться, чтобы не замерзнуть. В палатке было тихо и темно. Поначалу сон не шел к нему, и Хендерсон лежал, пялясь на вход в палатку. Полог был откинут, и внутрь заглядывал месяц совсем еще тонкий, поэтому света от него почти не было. Глядя на луну, Хендерсон неожиданно для себя уснул крепким и спокойным сном.
Разбудила его чья-то сильная и потная рука, которая властно легла на его рот и придавила голову к кровати. Глаза его не сразу привыкли к кромешной тьме, царившей вокруг. Первой мыслью было, что это какие-то дурацкие шутки Майрона. Но тут он услышал тихое похрапывание на другом конце палатки, где стояла кровать церэушника, и сообразил, что это не его рука зажала ему рот.
«Какого дьявола?» — успела мелькнуть в его голове мысль. А потом ему к самому носу поднесли что-то резко пахнущее и дурманящее мозг, и он отключился.
Но обморок или бессознательное состояние (Хендерсон не мог понять, что именно) закончились так же резко, как и начались. Он почувствовал, что его куда-то несут.
«Чемоданчик!» — промелькнула мысль о контейнере для лэптопа с программой, и страх накатил на Хендерсона с новой силой. Он попытался дернуться, пошевелить рукой, хоть каким-то образом ощутить у себя на запястье тяжесть браслета от наручников. Но руки были связаны за спиной и прикручены одна к другой так туго, что Хендерсон не смог пошевелить даже пальцами, не говоря уже о запястьях. Попытки программиста освободить руки не остались не замеченными похитителями, но в ответ на его телодвижение его только слегка подкинули вверх, чтобы удобнее разместить на плече. Не прекращая при этом движения.
Куда его несут и зачем? Да и кто его похитители? Где его чемоданчик? Все эти вопросы кружили Хендерсону голову. Голова его, надо сказать, была направлена вниз, и кровь приливала к ней, заставляя учащенно биться пульс в висках. Он попытался поднять голову и хотя бы одним глазом посмотреть вперед, чтобы определить, где он находится, но кто-то грубо ткнул рукой его в затылок, и голова, и без того тяжелая от прилившей к ней крови, снова упала.
«Неужели Велингтон все-таки решил избавиться от меня?» — появилась новая мысль, но Хендерсон тут же отогнал ее.
Глупо было так думать, поскольку никто бы не позволил Велингтону так обращаться с ним, с будущим главой подразделения тактических технологий в управлении DARPA под руководством Лестрайда. Тогда кто же это мог быть?
