— Турки ни черта не умеют нормально охранять свои военные объекты. Случись что-то серьезное, и их базу запросто можно нам семерым захватить в считаные минуты.
Конечно же, Хендерсон не понял ни одного слова из всего диалога, который велся на русском языке, но зато понял, что он пропал. Да-да, он — пропал! И не только он, но и весь проект «Хамелеон» сейчас находится в опасности. Потому что русские — они и есть русские. Они вечный, классический источник опасности. Это была своего рода формула, которую Хендерсону намертво вбили в голову еще в детстве.
Программист резко повернулся и увидел, как он и предполагал, еще троих русских. Все они были в таких же балахонах, помогавших им сливаться с пустынным ландшафтом, как и на том человеке, который встретил их у замаскированной палатки. В руках одного из них Хендерсон увидел чемоданчик с программой «Хамелеона», и внутри у него похолодело. Страх перерос в липкий и всепоглощающий ужас, и Хендерсон понял, что один из его ночных кошмаров, которые мучили его в последнее время, превратился в реальность.
— Какого дьявола вы, Майрон, вообще делали в палатке!
Велингтон не просто кричал, он орал, выпучив глаза. Его всего трясло от злости на этого бестолкового советника из Центрального разведывательного управления.
— Я спал, — с дрожащими интонациями в голосе ответил Майрон.
Он и сам никак не мог понять, что, собственно, произошло ночью. Когда он в двенадцать часов вернулся от Велингтона в палатку, Хендерсон спал сном младенца, а его чемоданчик был, как обычно, пристегнут к его руке наручниками. Утром, в пять часов, когда Майрон по звонку будильника на своем смартфоне проснулся, то он сразу и не сообразил, что программиста нет в палатке. Чуть позже, не уловив никакого шевеления в стороне, где стояла кровать Хендерсона, он решил, что тот уже встал и вышел наружу. Включив свет, который подавался в палатку от постоянно работающего портативного генератора, Майрон увидел, что сумка Хендерсона на месте, а нет только его самого и чемоданчика. Но и тогда он не стал волноваться, прекрасно зная привычку Хендерсона таскаться с этим чертовым чемоданчиком даже в сортир. Волноваться он начал спустя десять минут. Майрон вышел на улицу и отправился искать программиста. Наткнувшись на половине пути к казармам, возле которых стоял туалет, на нескольких человек, он спросил, не видели ли они Люка. Отрицательный ответ еще больше взволновал Майрона, и он сообщил Велингтону, что не обнаружил программиста в палатке, когда проснулся. И вне палатки — тоже. Хендерсон исчез самым непонятным и необъяснимым образом.
Еще через пятнадцать минут, когда уже весь контингент военной базы был поднят на ноги и обшаривал каждое строение и каждый угол территории, стало ясно — Хендерсон пропал не один, а вместе с драгоценным чемоданчиком.
— Как можно быть такой бестолочью, Майрон? — рычал Велингтон. — Вас для чего поселили вместе с Хендерсоном? Чтобы вы присматривали за ним, а не дрыхли без задних ног. И что в итоге?
— Но кто же мог знать, — нерешительно начал было оправдываться церэушник, но Велингтон прервал его, досадливо махнув рукой и велев помолчать.
— Вы ведь знали, что он звонил Лестрайду и грозился уехать обратно в Америку, если все не будет по его, — немного успокоившись и тяжело вздохнув, напомнил Майрону Велингтон.
— Но ведь все в конце концов складывалось так, как он того хотел, — развел руками советник ЦРУ. — Сегодня мы должны были выехать на место испытания «Хамелеона». Надо было вам все-таки сказать ему, куда мы едем, а не играть в секреты. Хендерсон страдает манией величия, и его, скорее всего, разозлило то, что от него скрывают такие мелочи, как место проведения полевых испытаний его драгоценной программы AI. От любого маньяка, да притом еще и гениального, можно ожидать чего угодно.
— Вот только не надо делать меня крайним, Майрон, — поморщился Велингтон, хотя и понимал, что в чем-то тот прав. — Лучше давайте с вами прикинем, куда он мог податься. В конце концов, вы разведка, и это ваша работа — знать, как действовать в подобных ситуациях.
— Мы со Слоуном уже переговорили с начальником военной базы Абу Бакром. Он дает нам взвод для поисков Хендерсона в пустыне.
— В пустыне? — не понял Велингтон. — Он что, совсем идиот, чтобы бежать в пустыню? Что вы городите, Майрон?
— Дело в том, что все автомобили базы, которыми в принципе мог воспользоваться Хендерсон, на месте. А значит, он ушел пешком. Через КПП или ворота базы он тоже не проходил. Иначе бы его увидела охрана. Мы нашли небольшой лаз под сеткой заграждения. Как раз в том месте, где, по признанию Абу Бакра, стоит неподключенная видеокамера.
— Что значит — неподключенная? — снова выпучил глаза Велингтон. — Почему неподключенная? Эти турки что — совсем уже… — Он грязно выругался. — У них на базе хранится секретное оружие, а их видеокамеры наружного наблюдения не подключены?!
