В мать с дядей Борей стреляли через узкую щель между заклинившими створками, когда они пытались взломать люк. Лифт ещё до этого был выведен из строя, и наверх больше никто не поднимался. Значит, люк заперли снаружи, задолго до расстрела. Так и куда же тогда делись стрелки? Внутри подземного уровня ни одного трупа.
Раздался треск лопающего металла и скрежет раздвигающихся створок. Я увидел, как выгибается баррикада из клеток. А потом из щелей полезли шустрые зомбаки второго типа.
Бахнул одинокий хлопок, похожий на звук подствольного гранатомёта, и оранжевый снаряд влетел в зомби. Раздался оглушающий взрыв, и во все стороны полетели ошмётки разорванной твари.
– Да мля! – выругался я и засунул гарнитуру связи поглубже в уши, чтобы не оглохнуть.
Я видел, как рифлёный раструб один за одним выплёвывает снаряды, каждый из которых настигает вылезающих тварей. Эффективность стрелка, зародила в сознании тень надежды, которая исчезла, когда мой взгляд внимательнее осмотрел короб с зарядами.
Судя по маркировке, боезапас полковника – шесть сотен гранат. Это, конечно, задержит чумных, но ненадолго. Так что прорывающихся тварей всё равно не остановить. Я однажды уже видел, как БТР, загнанный в спортзал школы, надёжно прикрывал из КПВТ единственный проход. Но как только закончились снаряды в коробе, волна тварей раскидала баррикаду, и всё закончилось очень плачевно.
Обругав себя за несвоевременно нахлынувшие воспоминания, я оторвал взгляд от полковника и снова включил фонарь. Надо действовать. Луч заметался по покрытому разводами потолку и остановился на холодильных камерах, полностью закрывающих дальнюю от лифта стену.
Подскочив к одному из холодильников, я вскрыл прозрачную дверцу и, словно по ступеням, забрался по полкам наверх. При этом я смёл на полсотни пробирок и ампул с неизвестным содержимым.
Посветив в узкую щель между стеной и холодильником, ничего подозрительного не обнаружил. Перепрыгнул на следующую холодильную камеру, повторил процедуру, но с тем же результатом. И только за пятым холодильником я нашёл то, что надеялся отыскать. Поначалу не поверил своим глазам и на миг замер, но всё чаще и чаще взрывающиеся гранаты заставили ускориться.
Уперев ноги в соседний холодильник, я попытался отодвинуть нужный мне от стены, но он, отлепившись всего на несколько сантиметров, вернулся в прежнее положение. Тогда я принялся его раскачивать. С каждым качком амплитуда увеличивалась, в процессе что-то с металлическим хрустом лопнуло, и тяжеленный холодильник рухнул вместе со мной на бетонный пол.
Мои действия не остались незамеченными, – ассистент профессора обернулся, и его рука коснулась одного из подсумков на поясе. В этот миг я понял, где находится пульт от моего взрывающегося ошейника.
Махнув ассистенту, я указал себе за спину, и тот постучал по плечу Марты, словно передавая ей эстафету.
После этого я осветил фонарём находившуюся за холодильником нишу с гермодверью. Подойдя ближе, обследовал стальную преграду. В центре обнаружил глазок, а под трафаретной цифрой четыре – шестигранное отверстие.
– Ты знал? – голос Марты в наушнике заставил обернуться.
Посмотрев в глаза подбежавшей девушки, я отрицательно покачал головой.
– Герр полковник, профессор, кажется, мы нашли выход! – завопил ассистент.
– Тридцатый, проверь, что они там нашли, – тут же приказал полковник.
Когда к нам подбежал пронумерованный, мы с ассистентом ощупывали овальную гермодверь.
– Что здесь у вас?
– Гермодверь. Похоже, заперта изнутри. С нашей стороны ничего, кроме этого, – быстро протараторил ассистент, указывая фонариком на шестигранную дырку.
– Отошли все! – приказал тридцатый, грубо нас растолкав.
А пока он осматривал стальное полотно, Марта придвинулась ко мне вплотную и прижала шлем к моей голове. Сквозь грохот разрывов я расслышал её вопрос:
– Откуда ты узнал, что здесь есть выход?
– Те, кто расстрелял мать, не мог уйти из зверинца через лифтовую шахту, – ответил я.
– Герр полковник. Гермодверь заперта. Придётся взрывать, – голос тридцатого прорвался через грохот.
– Так взрывай! Ещё две минуты, и у меня закончатся боеприпасы! – предупредил полковник, напоминая о неумолимо приближающемся конце.
Ассистент, схватив Марту за руку, потащил её за холодильники, уводя от опасного места. А тридцатый принялся лепить взрывающийся шнур по контуру гермодвери. Правда, судя по тому, сколько он хотел использовать взрывчатки, броню таким объёмом можно было только повредить.
В голову снова полезли хорошие идеи.
Луч фонаря заметался по полу в поисках ответа на очередную загадку, но среди разбросанного мусора и разбитых склянок ничего подходящего не обнаружилось. Тогда я заглянул за стоявший рядом холодильник, и мои глаза округлились.
Рука пролезла в щель и схватила стальной ключ с торчавшим из перекрестья шестигранным штырём. Подскочив к пронумерованному сзади, я рванул его за плечо, и мне вбок упёрся выхваченный пистолет.
– Курт, на хрен взрывчатку! Давай попробуем этим! – проорал я и постучал ему шестигранником по шлему.
