Миновав еще несколько потайных дверей, механизм открытия которых я на всякий случай запомнил, мы оказываемся в большом полутемном квадратном зале с высоким потолком.
– Закрой глаза, – просит меня Цесаревич, и я едва сдерживаю захлестывающее меня истерическое веселье.
– Закрою, если не будешь меня целовать! – с усмешкой отвечаю я и смеживаю веки.
– Даже не надейся! – парирует Романов и идет вглубь зала.
В гробовой тишине подземелья шаги Алексея звучат особенно гулко. Они сопровождаются щелчками зажигалки и треском занимающегося огня – Романов зажигает закрепленные на стенах факелы. Я с трудом подавляю детское желание приоткрыть хотя бы один глаз и наблюдать за происходящим сквозь густую череду ресниц.
Наконец, в помещении воцаряется тишина и Цесаревич замирает в нескольких шагах от меня.
– Открывай! – приказывает он, и я немедленно повинуюсь, будучи не в силах сдерживать любопытство.
Алексей стоит в паре метров от меня, скрестив руки на груди. Из-за его спины в глаза бьет свет десятка факелов, которые освещают черный камень, стоящий в центре зала. Слишком правильный и слишком черный…
– Темный Кристалл?! – сдавленным голосом спрашиваю я, глядя в глаза Алексею.
– Он самый! – с торжеством отвечает Романов. – Думаю, последний в Российской Империи!
– И о нем знаешь только ты? – уточняю я, потому что такой расклад выглядит чересчур нереалистично.
– Только я! – уверенно кивает Цесаревич. – Точнее, только мы двое!
Будто завороженный я медленно иду вперед, огибая Романова по широкой дуге. Я не могу оторвать взгляд от Кристалла и жадно рассматриваю правильные обсидиановые грани. Подхожу ближе и кладу ладони на глянцевую поверхность. Осторожно ощупываю прохладное непроницаемое стекло, вижу в нем свое искаженное отражение и отскакиваю, будто ошпаренный: вместо фиолетовых радужек в моих глазах зияют черные провалы!
– Не бойся, – успокаивает меня Алексей, – это лишь оптическая иллюзия!
– Конечно! – невпопад отвечаю я и ощущаю тепло на груди.
Мой Светлый Осколок постепенно нагревается, а по спине течет холодный пот. Я чувствую Темный Кристалл. Я ощущаю его как некий центр мироздания, черную дыру, которая затягивает в себя окружающее пространство и меня вместе с ним.
– Темный Кристалл?! – с трудом выдавливаю я из себя. – Зачем его хранить в подземелье в тайне от всех?
– Думаю, что он здесь с тех времен, когда Империей правили Темные…
– А почему ты не рассказал о нем отцу?
– Я нашел его в двенадцать лет и тогда не понимал, что оказалось в моих руках, – отвечает Цесаревич. – А когда повзрослел…
Он подходит ближе, становится рядом со мной лицом к Кристаллу и проводит пальцами по черному глянцу.
– А когда повзрослел, решил скрыть его от всех, даже от своего Рода! – Цесаревич завороженно смотрит в бездонную глубину. – Этот древний артефакт может изменить ход истории.
– Почему ты рассказал о нем именно мне? – спрашиваю я и непроизвольно морщусь от боли – Осколок нагревается все сильнее.
– Уничтожить его может Светлый или семь одаренных цветных, и нас уже двое! Осталось найти еще пятерых…
– Еще пять цветов радуги?
– Да, нужны все семь цветов! – Цесаревич поворачивается ко мне и пристально смотрит в глаза. – До твоего появления я считал, что это невозможно: не Великого Князя же к уничтожению привлекать!
– Ты хранишь тайну, потому что не доверяешь собственной семье? – прямо спрашиваю я, привычно повышая ставки.
– Я тебе доверяю больше, чем отцу! – с грустью отвечает Алексей. – Не хочу, чтобы к власти снова пришли Темные…
Он замолкает и поворачивается к Кристаллу. Вот и еще одна причина, по которой Цесаревич навязывается в друзья. Что-то здесь нечисто: паззл складывается слишком просто, а картинка оказывается чересчур логичной.
Я стою перед Темным Кристаллом, смотрю в черную глубь и чувствую, как его энергия проникает в мою душу. Находясь рядом с ним, невозможно оставаться безучастным: темная сила притягивает как магнит и в то же время наполняет душу безотчетным страхом.
Вдруг передо мной разверзается черная бездна, и свет в глазах меркнет. Мой разум захлестывает паника: я падаю в бездонную глубину и растворяюсь в ней. Что это за чувство? Это… слияние? Или ранняя Инициация?
Меня пронзают потоки чудовищной силы, я ощущаю, как мысли и эмоции подчиняются этой древней энергии. Сознание раздваивается, и одна часть погружается в другую, будто в чужой разум. Это похоже на разглядывание глубин собственной души под волшебным микроскопом.
Сливаясь с Темным Кристаллом, я понимаю, что это не просто эффект древней магии, а переход в новое состояние бытия, где знание и сила переплетаются в замысловатом танце, вызывая изменения не только во мне, но и в самой ткани пространства.
Я медленно растворяюсь в темной материи, и мое восприятие обостряется. Передо мной возникает объемное изображение сложного ветвящегося пути, который ведет меня в будущее. Он похож на перевернутую корневую систему дерева и переливается всеми цветами радуги, периодически становясь угольно-черным и ослепительно-белым.