– Еще интереснее! – произносит Великий Князь, оживленно жестикулируя. – Умирающий Наследник Престола призывает к смертному одру не друзей, которых знает с детства, не Нарышкину, с которой помолвлен, и не любовниц, которых у него не счесть, а без году неделя аристо, которого впервые увидел пару недель назад?! Вы с ним в Александровском Дворце все углы совместно обдрочили или что?!
– Или что! – зло огрызаюсь я.
– Прости! – Князь примирительно поднимает руки, и серый пепел вновь рассыпается по столу. – Я не понимаю мотивов Романова и оттого злословлю!
– Думаю, что Алексей увидел во мне родственную душу – узника обстоятельств, такого же, как он сам…
Так себе версия, если честно, но хотя бы частично соответствует действительности…
– А ты у нас – узник? – спрашивает Шувалов с нескрываемой иронией.
– Больше не узник, – парирую я с горькой усмешкой, – свободен как ветер и лечу куда хочу!
– Ветерок! – ухмыляется Шувалов, перегибается через стол и ерошит мне волосы на макушке. – Молодой и горячий!
Кисло улыбаюсь в ответ, но от грубой ласки не ухожу, чтобы не обижать старика. Чувствую, что это искренний порыв, отцовский: уж слишком я похож на убитого им же самим сына.
– Лети уже! – говорит Игорь Всеволодович и тушит сигару. – Ольга тебя заждалась – места себе не находит!
– Я больше не пленник! – упрямо повторяю я. – Начиная с этой минуты! И буду гулять там, где захочу, и когда мне заблагорассудится!
– Ты готов пожертвовать жизнью ради мнимой свободы? – спрашивает Князь с искренним удивлением.
– Я готов рискнуть: риск и смерть – это разные вещи!
– Если я предложу тебе охрану, ты, естественно, откажешься?! – спрашивает Шувалов после короткого и напряженного раздумья.
– Откажусь, а если будете настаивать, то обезврежу ее или уйду из-под опеки – поверьте, я это умею!
– До Инициации осталось десять дней, неужели ты не можешь потерпеть? Обретешь Силу – и делай, что тебе вздумается!
Я лишь отрицательно качаю головой – слова у меня закончились. В кабинете повисает напряженная тишина. Великий Князь смотрит мне в глаза, словно пытаясь прочитать мои мысли.
– Договорились! – наконец, заключает Шувалов, встает из-за стола и протягивает руку. – Условие лишь одно: если попадешь в опасную передрягу, сразу обращаешься ко мне, а не занимаешься самодеятельностью, как сегодня ночью!
Протянутую ладонь я жму молча, не испытывая ни торжества, ни удовлетворения.
– Наследники все еще в Питере?
– Всех доставили в Москву вертолетами пару часов назад, сразу после твоего побега! – Шувалов улыбается. – Видимо, Бестужев испугался, что дурному примеру последуют все! Твой смартфон тоже привезли – как никак собственность Тайной Канцелярии! Получите изъятое в рамках оперативного разбирательства и распишитесь!
Великий Князь открывает ящик, достает оттуда мой телефон и выкладывает его на стол.
– Надеюсь, порно ты на рабочем смарте не смотришь и в компрометирующие тебя переписки с поклонницами в Телеграфе не вступаешь? – Шувалов поднимает бровь, и я понимаю, что в его вопросе содержится предостережение.
– У меня богатое воображение, я и без порно могу!
– Вот этим и займись, а от неприятностей держись подальше! – продолжает язвить Игорь Всеволодович. – С Бестужевым я уже поговорил – до Инициации он тебя не тронет, а когда пройдешь ее, все вопросы отпадут сами собой!
– Благодарю! – выдавливаю я из себя.
Сгребаю со стола смарт, покачнувшись, встаю с кресла и направляюсь к выходу.
– И еще одно: выбрось этот убогий спортивный костюм! – доносится мне вслед уже в дверях.
Я выбрасываю из головы все тревожные мысли и направляюсь к Ольге.
Трубецкая на стук в дверь не реагирует. Она точно у себя и точно одна – парни из охраны уже сообщили. Видимо, крепко спит, как и все нормальные люди ранним утром. Я разворачиваюсь, чтобы уйти к себе, и дверь открывается.
– Привет! – кричит заспанная княжна, бросается мне на шею, обхватывает ногами за талию и страстно целует в губы.
– Привет! – ласково говорю я через минуту, глядя в сияющие синие глаза. – Мне тебя не хватало!
– Я очень соскучилась! – отвечает она сладким воркующим голосом и мягко касается губами моей шеи.
Обнимаю девчонку за талию и крепко прижимаю к себе. Остро чувствую жар ее тела сквозь тонкую ткань ночной рубашки, и воображение, которым я хвалился перед Шуваловым, мгновенно распаляется. Сонливость куда-то пропадает, сердце начинает биться чаще, а острая волна возбуждения опускается в низ живота.
Я несу княжну в спальню, кладу ее на кровать, сдираю с себя ненавистный спортивный костюм, словно старую кожу, и забываю обо всех проблемах.
Я просыпаюсь лишь к вечеру. Открываю глаза и вижу в потолочном зеркале, что в кровати лежу один – Ольги рядом нет. Сладко потягиваюсь и сбрасываю простынь, подставляя обнаженное тело теплым и ласковым лучам заходящего солнца, льющимся через окно.
Так хорошо, как сейчас, мне не было уже давно. Я чувствую приятную расслабленность в теле и сладкую истому в паху. Усилием воли отгоняю привычные мысли о собственной сущности на периферию сознания и активирую смартфон.