— Ну ты же не думаешь, что всего одно существо во множестве немагических миров смогло возвыситься, если даже у нас в Обители ты тринадцатый на этом отрезке покровительства?
Действительно, статистика была не моей стороне. Тем более, как говорил адамантий: «Вселенная не терпит нарушения равновесия».
— Но как можно возвыситься в немагическом мире? — невольно вырвалось у меня.
— Технологии… Они могут всё то же, что и магия, а именно, на что хватает фантазии и смелости у их создателя.
— Технологии — это альтернатива магии? То самое пресловутое равновесие? Вселенной скучно идти по одному пути развития миров, и она придумала альтернативу и конкуренцию для ускорения процесса и разнообразия результата? — я размышлял вслух, не боясь быть высмеянным. В попытке разобраться во всём происходящем, я задавал самые смелые из имеющихся у меня вопросов.
— О, да! — расхохоталась Мать Великая Кровь так, что кровь в озерце пошла волнами. — В точку! Во всяком случае мы так думаем.
— То есть конфликт магии и технологий — это что-то вроде необходимого элемента развития? Как смена правителя на троне. Периодически кто-то устраивает переворот, и воцаряется новое лицо, ведущее страну по новому курсу к процветанию или упадку. Так и здесь.
— Можно и так сказать, — не стала возражать Мать Великая Кровь, с отеческой улыбкой наблюдая за моими размышлениями. Вид её улучшался на глазах.
— Но если всё так, то почему Вселенная позволяет подобные перевороты? Кто определяет, что старое направление себя изжило? Есть какие-то критерии? Количественные или качественные?
Мне из чувства противоречия хотелось узнать: «А судьи кто?»
Кто был виноват в трагедии одного взятого мира?
— Если брать в качестве примера твой родной мир… Он застопорился в развитии. Закостенел. А ведь мы пытались органично слить воедино оба подхода. Вселенная отвергла наш эксперимент, посчитав, что мы захотели обойти её замысел.
— Уничтожив мой род и целую империю заодно, — покачал я головой. Такое объяснение не укладывалось у меня в голове. — Но если ей не понравилось направление развития мира, то выходит, иномирцы с волнами вторжения — её рук дело? Не понимаю! Ведь после волн вторжения в мой мир пришла дюжина магов, взявшихся восстанавливать мир по своему разумению. Они же и создали магические ордена… Вселенная сама себе противоречит. Не понимаю.
— Никто не может знать её замысел. Все мы лишь пытаемся трактовать его в силу собственных опыта и знаний. Конкретно в твоём мире всё вышло несколько сложнее, чем ты сейчас описал. Но я не имею права раскрывать всех подробностей. Скажем так, отметилась здесь не только и не столько Вселенная, сколько представители двух разных фракций развития. И боюсь, что точка в противостоянии ещё не поставлена.
— Но защита мира восстановлена, — возразил я. — Мир излечился.
— Излечился… интересная интерпретация, — хмыкнула богиня, — только кто-то умыкнул выводок будущих божеств и кусок адамантия из чужой песочницы, заменив им поглощённый. Ты сейчас любому Высшему сияешь не хуже маяка в ночи. Тебя будут всеми возможными и невозможными способами разводить на делёжку адамантием. Система — это только начало. Как и я!
Богиня зловеще улыбнулась.
— Думаешь, мой внешний вид настоящий? Это лишь уловка, как в случае с Системой! Прекращай разбазаривать то, что тебе не принадлежит! — рявкнула Мать Великая Кровь, щёлкнув языком не хуже кнута возле моей головы. — Правильно тебе сказали, с таким успехом останешься с голым задом и не дорастешь до нужного размера! А с голым задом противостоять Системе не получится! Это я тебе по опыту говорю.
И богиня протянула ко мне всё такую же изувеченную руку, на раскрытой ладони которой лежал нетронутым брусок адамантия.
— Забери. Будь на моём месте любой иной Высший… ай! — она махнула рукой и погрузилась в кровь с головой.
— Но наши возможности с Системой разнятся, мы в несколько разных весовых категориях, — всё же решился я возразить, стоило Крови всплыть. — Она контролирует множество миров, я же…
— Ты же пока два, — оборвала меня богиня. — За год после перерождения. Два. Она тоже когда-то с чего-то начинала, но поверь, твой прогресс ей даже и не снился.
— Рано или поздно нас столкнут лбами?
— С ней? — переспросила богиня и чуть склонила голову набок, прислушиваясь к чему-то. — Сомневаюсь. Или не сразу. У вас, как ты и сказал, пока разные уровни влияния на равновесие во вселенной. К тому же она, наученная горьким опытом, стала действовать более осмотрительно и осторожно. Ты же… как там у вас говорят? Кажется, как слон в посудной лавке. Пока тебе подготовили других соперников.
— Вам известно… — я не спрашивал, и так было понятно, что она в курсе моей самодеятельности со вмешательством в прошлое.
— Нашим известно всем, — подтвердила она. — Мы прикрываем тебя до поры до времени. Но ставки растут, а вместе с ними и цена для всех нас.
— Кровавое безумие…
