— Родовая магия на то и родовая, с ней как с обычными проклятиями не справиться.
— А если заклинаний трезвости на неё навесить с отложенным действием? — перебирала варианты вампирша.
— Не получится, это постороннее влияние и дисквалификация, — извиняющимся тоном отвергнул идею Владыко.
— Ой, да что вы так переживаете? — Кирана с улыбкой рассматривала снежинки, падающие на ладонь. — Подумаешь, концентрация нарушена. Ну, значит, кому-то придётся познакомиться со стилем «Пьяной мегеры».
Кирана хихикнула, вспоминая какие-то ей одной ведомые события, и пошлёпала босыми ногами на арену. Двигалась она то ли зигзагами, то ли волной, пошатываясь и пританцовывая. Выглядело это настолько необычно, что все присутствующие умолкли, и в тишине стало слышно, как охотница напевает песенку:
— Если вас споить пытались, а потом подол задрать,
Значит, можно, значит, можно, значит, можно убивать.
Владыко кашлянул в кулак, пытаясь скрыть усмешку, и отправился судить последний поединок.
Кирана вспоминала науку старой Нэн, которая держала в общине что-то на подобии маленького питейного заведения, где подавала алкоголь собственного изготовления. Специально для неё охотники собирали разные фрукты на изнанках, а Нэн умудрялась настаивать на них нечто невероятное.
Женщина никогда не была охотницей, но за годы улаживания ссор между пьяными мужчинами выработала собственный стиль уклонений и уворотов, где тело абсолютно расслаблено и двигалось в непредсказуемых траекториях, хаотично их изменяя.
Она же в своё время по просьбе Нарвы и дала Киране попробовать разные виды своих настоек, чтобы девушка понимала, как на неё действует алкоголь, узнала собственную норму и смогла научиться противостоять назойливым ухажёрам даже в таком состоянии.
Стиль «Пьяной мегеры» пригодился охотнице лишь однажды, когда она отмечала у Нэн добычу мамотуса четвёртого уровня. Всё было хорошо, пока Ярв не смешал несколько напитков и не подначил Кирану выпить ту дрянь до дна. Часть вечера выпала у неё из памяти, но зато отлично отпечаталась другая часть, где Кирана гоняла Ярва в полуразодранной нательной рубахе щипцами для углей, обещая оторвать охотнику всё ниже пояса, если он ещё хоть раз посмеет к ней прикоснуться.
Вот и сейчас ей нужно было вспомнить науку старой доброй Нэн.
Напротив неё стояла пара хлыщей с такими самодовольными минами, что остро захотелось стереть это выражение с их лиц. Вернее, лица. Кирана тряхнула головой, и два хлыща соединились в одного.
Соперник не стал сближаться с девушкой, а выбрал тактику дальнего боя. Из-под песка принялись появляться виноградные лозы, пытаясь опутать щиколотки Киране, но та даже не обращала на них внимания. Танцующей походкой, двигаясь всё теми же непонятными зигзагообразными волнами, она приближалась к своему сопернику. Или уже к двум.
Одна из лоз резко выстрелила на уровне живота, но охотница лишь прогнулась, пропуская её над собой. Ещё один побег подкрадывался из-за спины, но девушка споткнулась и завалилась вперёд именно в тот момент, когда лоза почти достигла шеи Кираны. Перекатом уйдя в сторону, она встала на ноги, но, пошатнувшись, вновь ушла из-под удара. Хлыщи начали злиться. Лоз становилось всё больше, а движения охотницы всё хаотичней, она даже закрыла глаза, наслаждаясь противостоянием и будто бы издеваясь над своим соперником. Хотя почему будто…
— С тобой совладает любая девчонка, даже вусмерть пьяная и слепая, — хихикала Кирана, извиваясь всем телом и проскальзывая сквозь неимоверное количество виноградных лоз. Казалось, они уже не нападают на неё, а ластятся, словно бездомные котята. — Ну же! Вот она я! Сучка, отделяющая тебя от княжеского титула! Ну же! Приди и возьми его!
Кирана нарочито провоцировала его, и маг повёлся. Он выстрелил разом десятком лоз, сковывая соперницу в кокон и затягивая его всё туже. Кирана не сопротивлялась, ей нужно было, чтобы враг почувствовал её беспомощность и вкус близкой победы. Он должен был ощутить себя победителем. И он возомнил себя им, даже более того, он ощутил полную безнаказанность.
— Что? Уже не такая смелая? — кривил он губы. — Твой братец когда-то посмел меня опозорить прямо в приёмной императора, а я опозорю тебя на глазах всего гарнизона!
Лозы двинулись было ниже пояса, пытаясь стянуть с бёдер охотницы штаны, но замерли, покрываясь инеем и леденея на глазах.
— Николашенька, — с милой улыбочкой прощебетала ему Кирана в ответ, — не получится у тебя нихерашеньки!
От её тела вились сотни, а то и тысячи лоз, но не обычных, как у соперника, а ледяных. Очень похожих на те, которыми Кирана опутала башню на родовой изнанке Виноградовых.
— Раз, два, три, четыре, пять! Вышли лозы погулять! Шесть, семь, восемь, девять, десять! Сейчас мы Колю будем вешать! — тихо с маньяческой улыбкой напевала Кирана. Кокон из лоз соперника замерз и сейчас рассыпался на мириады осколков, в то время как ледяные лозы тянулись от охотницы к жертве.
