Ранее тем же вечером генерал Требон и 11-я оперативная группа объединили подразделения «Красной» группы после просмотра видеозаписи с беспилотника «Предейтор», на которой был запечатлен человек в белой развевающейся одежде, отправившийся в колонне из трех или четырех автомобилей из Шахи-Кот. Хотя на первоначальной видеозаписи не было обнаружено никакого оружия, и генералы располагали лишь косвенными сведениями о том, что конвой принадлежал «Аль-Каиде», просто подозрения, основанные на цвете одежды этого человека и почтении, проявленном к нему другими людьми в районе, связанном с силами «Аль-Каиды», но они нервничали, что бен Ладен снова может скрыться, как это было несколькими месяцами ранее в Тора-Бора. Конвой направлялся на восток, к пакистанской границе, как будто они пытались сбежать. Миссия называлась «Цель: Бык».
Когда вертолеты сил специальных операций приблизились к автоколонне с севера и запада, реактивные самолеты ВВС сбросили две пятисотфунтовые бомбы, остановив машины и мгновенно убив несколько человек.
«Морские котики» хотели, чтобы миссия развивалась совсем не так. Некоторые находившиеся в вертолетах операторы настаивали на том, чтобы предотвратить любую воздушную атаку, утверждая, что у них достаточно времени, чтобы перехватить конвой до того, как он достигнет пакистанской границы. «Причина, по которой существует Шестой отряд SEAL, заключается в том, чтобы избежать бомб и сопутствующего ущерба», - сказал отставной боец Шестого отряда SEAL, участвовавший в миссии. «Мы сказали: «Давайте сядем и взглянем на конвой, чтобы определить, не «Аль-Каида» ли это». Вместо этого они сбросили несколько бомб».
Бомбардировка остановила колонну вдоль сухого вади, или оврага, причем две машины находились примерно в километре друг от друга. Выжившие начали выбираться из-под обломков, и по рации Хайдер и остальная команда услышали приказ о том, что конвой теперь находится в зоне свободного огня, что позволило бортстрелкам «Чинуков» стрелять по всем, кто еще жив и считается представляющим угрозу. «Морские котики» не имели никакой власти над бортстрелками-вертолетчиками. Миниганы одного из вертолетов расстреляли человека, стоявшего с оружием на вершине большого холма.
Два «Чинука» приземлились отдельно, по одному с каждого конца колонны. Обе команды вышли из вертолетов, чтобы увидеть мрачную сцену. Бойцы SEAL с Хайдером вышли и разделились на две группы. Одна из них, возглавляемая рядовым оператором, взялась за оценку ущерба, нанесенного одной из машин. Мужчины, женщины и маленькая девочка, неподвижные в позе эмбриона, казались мертвыми. Внутри машины находились одна или две винтовки, как это принято в Афганистане, но ни на ком из мужчин не было военной одежды и никаких дополнительных боеприпасов. «Это было фамильное оружие», - сказал отставной «морской котик». Они поняли, что это была не Аль-Каида, а гражданские лица, трагически погибшие в результате серии ошибочных выводов старших офицеров за несколько сотен миль отсюда.
«Морские котики» с другого вертолета немедленно направились вверх по крутому склону, чтобы найти вооруженного человека, которого застрелили бортстрелки перед посадкой. «Морским котикам» стало ясно, что теперь уже мертвый мужчина пытался защитить женщин и детей, переживших первоначальную бомбежку, которые теперь лежали мертвыми или смертельно раненными от огня вертолета.
Другие «морские котики» на земле вели себя так, как будто выжившие были комбатантами. Хайдер и еще один оператор, старшина 1-й статьи Монти Хит, пошли в другом направлении и увидели, как выживший бежал из разбомбленной машины к ближайшей насыпи. Хит выстрелил один раз, попав в мужчину и отправив его кувырком вниз по склону небольшого холма.
В этот момент Хайдер начал оценивать ущерб и осматривать погибших. «Я ходил по разным местам [убитых в бою] со своей камерой, чтобы сделать фотографии», - сказал мне Хайдер. «Это была резня».
Хайдер сказал, что он и несколько других «морских котиков» начали хоронить жертв возле оврага, заваливая их камнями. Когда они это сделали, он подошел к мужчине, которого застрелил его напарник. «Он был еще жив, лежал лицом вниз, спиной ко мне, и он перевернулся. Я выстрелил в него, прикончил его. Он умирал, но он перевернулся, и я не знал, был ли он вооружен или нет. На этом все закончилось». Хайдер сказал, что его единственный выстрел разнес мужчине голову.
