В части нас уже ждал БТР под парами. Громовцы легли на землю, начали ползти к медленно надвигающейся на них машине. Это Козлов придумал – проводить обкатку танками. Прямо из своего боевого прошлого – генерал успел повоевать с немцами. Толку в этой обкатке с точки зрения боевой учебы было ноль, но я решил не портить отношения с командиром дивизии. Плюс морально-волевые качества хочешь не хочешь, а тренируются.
После БТР каждый из спецназовцев сделал холостой выстрел в воздух. Показал тем самым, что автомат в болоте не загрязнил, хотя забить грязью АК – это еще надо умудриться постараться. Представляется, что со «скорпионами» в этом плане будет все сильно хуже. Впрочем, нам с ним по болотам не воевать.
Дальше было стрельбище, на котором результаты оказались просто отвратительными. Поди постреляй дрожащими руками.
На закуску – штурмовая полоса. На сей раз без рукопашного боя. Хотя попинать в круше старшину Крапивина очень хотелось. Но это все-таки не экзамен на красный берет.
Грязных шатающихся спецназовцев я выстроил в шеренгу на плацу прямо перед зданием штаба дивизии. Громким голосом, специально для политических работников и прочих стукачей, объяснил, что залетает один, а страдают в итоге все. Принцип круговой поруки никто не отменял – на нем армия держится. И будет держаться еще сто лет. Ты отвечаешь не только за себя, но и за всех сослуживцев в отделении. И дело даже не в залетах, а в воспитании взаимовыручки. Кто тебя вынесет раненого с поле боя? А если не вынесут, то что будет тем бойцам, кто тебя бросит… Вроде бы прониклись.
Расслабляться после марш-броска поехали в Сандуны. У Тоома там был знакомый банщик, который организовал начальствующему составу «Грома» отдельный кабинет в высшем разряде. Даже не пришлось стоять в очереди на входе. Мочалки, мыло, тазик, плюс шерстяные шапочки с веничком – все нам обошлось в сто двадцать рублей на семерых.
Поехали без замполита – Незлобин, Байкалов, Байбал плюс два новых командира отделения. Яков Барыш – жгучий брюнет из-под Соледара и Никита Ермолаев – смешливый, с ямочками на щеках лейтенант из «хулуаев». Последнего я не переманивал – сам заявился на экзамен в начале года, пробил разрешение у своего начальства. Я только помог с переводом.
Раздевшись, мы сразу завернулись в захваченные с собой простыни и пошли в парилку. Оба новичка первый раз были в Сандунах, глазели восторженно по сторонам. Тут и правда роскошно. Стены и потолок украшены росписями и золотыми узорами, бассейн сделан в античном стиле, с колоннами, статуями…
В парилке было тесновато, банщик то и дело подкидывал на огромные раскаленные стержни из стали воду. Народ крякал, но не протестовал. Пар из печки шел мягкий, душистый. Он обволакивал все тело, я чувствовал, как расслабляются мышцы, уходят все тревоги.
Одного из посетителей положили на лавку, начали обрабатывать вениками с двух рук. То и дело слышалось: «Еще поддай», «Ну-ка три ковшика!»
Долго я не вытерпел, пошел окунуться в бассейн. Постоял под струей холодной воды, что била из пасти льва, потом понырял с бортика. Мальчишество, но как же хорошо!
Когда вернулся в кабинет, там уже была накрыта поляна. Иво разливал «жигулевское», Байбал сдувал пивную шапку со стакана, лейтенанты и капитаны чистили воблу. Солировал Незлобин.
– …целый скандал, два дня не общались. Ладно, пообещал ей не ругаться матом дома. Тем более дети, я разве не понимаю.
– Что за дети? – поинтересовался Тоом.
– Да племянники приехали погостить к родителям. Мы там на выходных отмечали день рождения отца, ну Вовка, сынок брата, спрашивает меня: «Дядя, а что такое полный п…ц?» Парню семь лет, первый класс заканчивает. Ну и нахватался.
Мы с любопытством уставились на Огонька.
– Ну и что ты ответил?
– Да надо было съехать с темы, а я растерялся… – пожал плечами Вениамин. – Говорю, это ситуация, ну такая ситуация… А сам смотрю на жену. Та на меня. Ну я и бахнул – это такая ситуация, когда все сложилось очень х…во.
Мы заржали, да так громко, что Иво даже задернул занавеску кабинета.
– Вообще, в бане пиво пить – себя не уважать. – Байбал допил пенный напиток, взялся за рыбку. – Правильно пить чай. Лучше всего с горными травами, чабрецом…
– После бани портки продай, а пива выпей! – возразил я. – Сам Суворов сказал.
Потом повернулся к Незлобину и Байкалову.
– Завтра свои отделения моете, бреете, подшиваете и шагом марш на Лубянку к Иво Юргисовичу. Там вам оформляют загранпаспорта, проводят инструктаж. Предупреждаю – будет выездная комиссия, учите членов Политбюро Коммунистической партии США.
На меня тут же посыпался град вопросов. Барыш и Ермолаев вообще смотрели, как будто мы не в Штаты ехали, а на Марс отправлялись.
