Напрягая слух, Коди ждал, когда станет понятно, куда пойдет Джей. Чаще всего он уходил к себе в комнату, и почти сразу же оттуда раздавался его храп. Тогда все было хорошо, Коди на цыпочках босиком выходил из комнаты, доедал остатки еды от гостей, собирал посуду.
Сегодня же Джей приехал из города, выпив сильно больше нормы, а норма у него была тоже не для слабаков, и, к тому же, он в хорошем настроении. От него пахло сладкими женскими духами. Джей зашел к нему в комнату, резко открыв дверь пинком ноги. В такие моменты он напоминал ему школьных задир, всегда доводил его до слез, то разбрасывая вещи по комнате, то отбирая с таким трудом собранные им экспонаты коллекции: вырезки красивых реклам из каталогов, фантики.
– Что тут у тебя сегодня, дурачок? – пройдя сразу к кровати, Джей достал из-под нее небольшую брошюру. Запинаясь, он прочел по слогам, – Кол…ледж…приглашает…по…по…специальностям…
Тут Джей громко захохотал.
– Тебя, дурачок, ни в какой колледж сроду не возьмут, выбрось ты это из головы!
– Но Марта говорила, что есть программы для таких, как я, значит, я мог бы попробовать… Джей, помоги мне подать документы, и все, мне больше ничего не надо.
– Еще раз говорю тебе, идиот, что никуда ты не поедешь, ты мне тут помогаешь, вот и все, чего тебе еще надо в жизни?
Раздосадованный, Коди резко встал с пола, где сидел, играя пробками от бутылок, и Джей смерил его таким взглядом, что Коди тут же сел обратно, поджимая колени к подбородку.
– И чтоб не ревел, когда я выйду, ясно? Мужики не плачут!
И Джей вышел, оставив дверь открытой. Коди сидел, молча глотая слезы, и смотрел в окно, на город внизу, на блестящие сквозь мокрое стекло фонари.
Услышав храп из-за стены, Коди перевел взгляд на обшарпанные стены своей комнаты. Узкая, словно келья, она задумывалась как чулан, во встроенном шкафу ютились вещи Коди – несколько разномастных свитеров, пара рубашек, школьный пиджак и брюки. Под стопкой изношенных футболок он прятал несколько конфет на тот случай, если поесть вечером не удастся.
Коди неподвижно стоял в дверном проеме, слушая, как храпит Джей, представляя, как разглаживаются у того во сне ворчливые морщины. Стоя там, в темноте, отсчитывая минуты, Коди думал о том, как не похож он на брата, да и на тетю тоже он не похож. Оба они были рослые, рыжеватые, покрытые летом и зимой красным загаром, говорливые, склонные к жадности и алкоголю и вызывали у него щемящее чувство неприкаянности в этом городе и на этом свете. Укрыв Джея вязаным одеялом, Коди вышел из дома. Чуть подумав, он вернулся и взял немного мелочи из банки для чаевых.
Солнце взойдет примерно через пять часов. А Джей проснется к обеду, и у него будет ужасное похмелье. Коди немного погуляет по городу, а потом вернется обратно. Может, еще купит себе лимонад. Никто и не заметит.
Оглянувшись на тихий дом, оглядев молчаливую улицу, освещенную яркими желтоватыми фонарями, Коди особенно остро ощутил пустоту этого места. Там, вдалеке, светился огнями другой город и текла другая жизнь. Там на улицах ездят машины, ходят люди и даже, о боже, там лают собаки и играют непоседливые дети… Совсем не то, что в их волчьем углу. Из его рта вырвалось облачко пара, было все еще холодно, несмотря на близившуюся весну. Казалось, все дома вокруг паба осуждающе смотрят на него пустыми провалами чернеющих окон. Хищно мелькнули и снова погасли неоновые буквы на вывеске паба.
Собравшись с духом, Коди взял низкий старт и побежал, не останавливаясь.
По дороге у него вертелась на уме строчка из рекламы парикмахерской “Оставить тайны в Валентайне”, здорово это они придумали. Коди прибавил бег. Он бежал по мокрому асфальту, сбегая с дороги при виде редких машин. Он пробежал мимо раскинувшегося посреди поля кладбища и остановился, только на его территории росло так много деревьев, отбрасывающих мрачные шепчущие тени на дорогу. Он остановился, потому что ему показалось, что кто-то в белом стоит возле могилы. Послав спящей там глубоко под землей тете Марте воздушный поцелуй, Коди побежал дальше.
Так свободно он может бежать ночью, наслаждаясь темнотой. Он вполне мог сойти за своего в городе Коди, если бы только жители не знали друг друга в лицо. Тяжело выдыхая согретый легкими воздух, он рассекал ночь.
Вдоль дороги стояли в качестве рекламы сеялки, дробилки, тракторы и косилки. Бесчисленное, как показалось Коди, количество машин на парковке перед кафе “4 сезона”, и это в такую-то ночь, разве они не спят, как им положено, в кроватях в такое-то время? Обилие рекламы, разбросанные тут и там мотели, массивные рождественские венки и гирлянды, мемориал возле притихшей на ночь средней школы – все эти незамысловатые виды, украшенные нежным розоватым сумраком, Коди вбирал и запечатлевал в памяти, чтобы позже снова к ним возвратиться. Как тихо и мирно здесь этой ночью!
