Остро ощущая свое одиночество, он обессиленно сел на лавочку возле какого-то магазина. Прижавшись щекой к холодной стене, почувствовав, как она нагревается от его тепла, Коди считал удары своего сердца, решая, выдержит ли оно следующий забег. На улице выше послышались шаги и шум голосов, и он поспешил встать.
Он пошел медленным шагом вдоль центральной улицы, заглядывая в темные окна, они казались полны таинственной жизни и света, но он не мог войти в них. Ноги его тяжело шаркали по влажной земле. Он купил в автомате маленькую бутылочку лимонада, название было незнакомым, но оранжевый цвет его привлек. Постояв немного под неоновым облачком света, он с удивлением обнаружил, что бутылка, которая упала ему в руки, теперь пластиковая, а не стеклянная.
Он осушил бутылку до дна, с сожалением выбросив ее в урну. Оставив сияние главной улицы позади, он возвращался полем на окраину, к трассе, где на пустыре, по соседству с несколькими старыми домами, стоял их паб.
Когда-то давно Джей рассказывал, что у них в пабе было развлечение – кто быстрее спустится с холма и поднимется обратно, при этом ни разу не упав. Такая потеха, наверно, была, думал Коди, представляя эти пьяные игры, устало переставляя неуклюжие ноги в траве. Задумавшись на пороге паба, он поднял вверх голову. В своих мечтах он терпеливо ждал ответного письма, надеясь среди счетов и бланков однажды найти его, как искру возможности. Но кто знает, как долго сможет тлеть костер надежды?
Коди упрямо верил в счастливый случай, не зря его называли “золотком”, он приносит удачу всем, должно же и ему когда-то повезти. Ему хотелось найти родителей точно так же, как хотелось лимонада в жаркий день – чувство обыденное, удовлетворив которое, он бы вернулся к своим делам. Может, у него была сестра или… о, от этой мысли у него даже дыхание перехватывало, может, у него был бы родной брат, это было бы так здорово.
Мечты – мечтами, а дела – делами, любил повторять Джей, отправляя Коди с листком, исписанным поручениями. Коди же привычным шагом, не замечая разрушающихся от времени и стихии домов вокруг, шел, мечтая о своем.
Помучавшись несколько часов на почте, старательно заполняя бланки, он то и дело поглядывал на часы. Наконец, с делами покончено. Переборов в себе желание снова послушать плеер, Коди вышел из здания почты, предварительно семь раз подергав замок, чтобы быть уверенным, что запер дверь.
С мягким щелчком начали включаться фонари. Сначала одна улица, потом другая. Не смотря на то, что в городе жителей можно было пересчитать по пальцам, его пока не отключали от общей сети, и в темноте казалось, что до сих пор город живет полнокровной жизнью. Ярко освещенный центр, конечно, контрастировал с темным полем и тихим холмом, на котором стоял их паб. Но порой, хоть Джей и ругался потом, Коди включал свет и в пустых домах на их улице, делая ее снова по-настоящему живой.
Сегодня он возвращался домой, оставив закат за спиной, на горизонте собирались темно-синие тучи, а желтые фонари освещали его кудрявую макушку, свет рассыпался по волосам, образуя нимб.
Вдруг, резко остановившись, он встал посреди дороги, словно дикий зверек. Машина проезжает по главной улице, или глаза его обманывают? Зрелище до того завораживающее, что он замер, любуясь. Кто бы это мог быть? Останется ли он или проедет мимо?
Коди гадает, прислонившись к стене, укрывшись в тени.
Незнакомая машина остановилась возле паба. Из нее вышел мужчина и вошел внутрь. Внезапно его сердце пронзило чувство, которое не спутаешь ни с чем – что-то должно произойти, плохое или хорошее, но должно. Мурашки пробирали его изнутри и снаружи. Постояв некоторое время чтобы успокоиться и обняв себя за плечи, он пошел к пабу, аккуратно обходя машину с неместными номерами, скользя по ее гладкому теплому боку ладонью. Вдыхал теплый воздух, готовясь к встрече с неизвестным, пугающим и желанным.
По дороге медленно скользит Форд-буревестник девятого поколения, красно-коричневый корпус весь в пыли. Водитель ведет машину неторопливо, сверяясь с картой местности. На исходе дня он останавливается и, не глуша мотор, выходит из машины. Разминая спину, он любуется равнинным, измученным жарой пейзажем. Он прикладывает ладонь к лицу наподобие козырька, и высматривает признаки жизни вокруг и на горизонте. Все тихо. Какие-то тучи собираются, но принесут ли они дождь – не понятно…
В поле стоит трактор, но даже издалека видно, что он проржавел. Гнетущее впечатление усиливается тишиной вокруг. Водитель глушит мотор и сходит с дороги. По высокой сухой траве он идет размашистым шагом, пока, наконец, не видит водонапорную башню с названием города, написанным такими большими буквами, что можно прочесть даже отсюда. КОДИ.
Хорошо, что я добрался до темноты, думает он.
