– Абигейл, простите меня ради всех святых! – порывисто обернулась я к подруге. – Я вспомнила сейчас о совершенно неотложном деле. Мне срочно надо кое-кого найти!
– Виржиния, как же так! – с обидой воскликнула герцогиня, но, взглянув на меня повнимательней, смягчилась: – Могу я помочь вам?
– Нет, – быстро ответила я, оглядываясь, но Эллис уже как испарился. – Не стоит. Лучше скажите, где мы потом можем встретиться? Мне, право, неловко, что я так быстро ухожу…
– Не волнуйтесь, Виржиния, я же понимаю, что вы не поступили бы так без причины! – Абигейл прижала пухлую руку к груди. – После третьей кадрили я буду отдыхать там, в том зале. Наверное, у окна. Если получится – приходите! Если нет… Тогда непременно навестите меня во вторник утром, я настаиваю!
– Обязательно, – клятвенно пообещала я и поспешила обратно в гущу толпы, выискивая Эллиса глазами.
Синий, пурпурный, золотой, черный, белый, розовый, снова белый, голубой, синий с золотом… От буйства красок у меня зарябило в глазах. И как, скажите на милость, отыскать одного-единственного детектива среди сотен гостей?
Я замедлила шаг.
Если следовать логике, то Эллис должен находиться неподалеку от марсовийских дипломатов. Конечно, костюмы у них не слишком приметные, но почти одинаковые, а значит найти их будет не так уж сложно. Нужно только оглядеться получше.
Увлекшись поисками Эллиса, я сама не заметила, как едва не выскочила на самую середину зала. Совершенно не вовремя – как раз начала играть музыка. Веселая, но в то же время плавная; любимый контрданс Его величества, «Река»!
Ох, сейчас же танцевать будут все без исключения! А я стою, как столб – одна, без пары… Святые небеса, какой позор!
В полном смятении я попятилась, пытаясь скрыться куда-нибудь – хоть в тень колонны спрятаться, хоть к стенке прислониться, изображая усталость. Но, как нарочно, столкнулась с кем-то и едва не упала.
Меня подхватили.
И – закружили в танце.
– Простите, сэр, – я ошарашенно хлопала ресницами. Разум мой пребывал в прострации, а ноги, будто сами по себе, выписывали сложный рисунок танца – вот оно, следствие накрепко заученных еще в детстве уроков. – Вы меня с кем-то перепутали?
Мой спаситель хранил молчание.
– Сэр, я…
Высокий, сильный, в медной маске, полностью закрывающей лицо… Костюм у него был, на мой неопытный взгляд, алманский – роскошный черно-красный сюртук старинного покроя, прямые брюки, заправленные в сапоги. На широком поясе крепилась застежкой серебристая флейта. Каштановые волосы были собраны в низкий хвост и перевязаны черной лентой. На смуглых запястьях – браслеты из чередующихся мелких монеток, колокольчиков и кожаных шнурков. Ногти – ухоженные, хоть и коротко остриженные… и, вопреки строжайшим правилам, никаких перчаток. Значит, я могла бы ему отказать в танце. Но отчего-то делать этого не хотелось совершенно.
Двигался он легко и непринужденно, что выдавало в нем человека, привычного к светским развлечениям. Уверен в себе? Не впервые на подобном балу? Почему он мне помог?
– Сэр, вы…
Честно говоря, я не рассчитывала на ответ, и поэтому даже не нашла в себе сил договорить. Но незнакомец вдруг произнес с сильным иностранным акцентом:
– Простите, что украл ваш танец.
Из-за медной маски голос был сильно искажен, но все же он показался мне приятным.
По спине прокатилась волна мурашек, а затылок вдруг стал легкий-легкий.
– Вы спасли меня. Не извиняйтесь, – я помедлила. Расхождение, сближение, четыре шажка вокруг невидимого центра – взгляд глаза в глаза. Кажется, у него они темные. – Кто вы?
– Крысолов, – кажется, он улыбнулся. – А вы – прекрасная леди… самая прекрасная в целом свете.
Если б такие слова произнес кто-то вроде Фаулера, я бы обратила на них не больше внимания, чем на птичий щебет по весне – приятно, но бессмысленно. Пустой флирт, дань традициям… Однако сейчас меня как жаром обдало.
Кем бы ни был этот Крысолов, он не просто отвешивал глупые комплименты – он верил в то, что говорил. Так мне подсказывал не только опыт владелицы кофейни, но и то самое загадочное и неуловимое чувство, которое принято называть женской интуицией.
– Благодарю, сэр.
От меня – книксен, от него – поклон, затем девять шагов вперед, отвернувшись друг от друга, легонько соприкасаясь кончиками пальцев. Как два берега, между которыми бежит река – далекие, но все же составляющие одно целое.
Близкие, но разлученные навеки.
– Расскажите о себе, – попросила вдруг я и сама удивилась; это не было всего лишь проявлением вежливости, мне хотелось больше узнать о своем спасителе. – Откуда вы родом?
– Я не аксонец, хотя во мне есть и аксонская кровь… предположительно.
– Так откуда вы?
– Предки мои происходят с юга. Наверное.
– Да вы смеетесь надо мною!
Честно говоря, я и сама уже смеялась.
– Нет, – голос Крысолова был спокоен и тих. – Но маска должна остаться маской, иначе колдовство развеется.
