– Особые? Гм… – я задумалась, получше вспоминая рассказ Фаулера. – Пожалуй, только розовое платье с кринолином. Только, небесами вас заклинаю, не перепутайте ее с леди Абигейл!
– Пф! Постараюсь, – весело фыркнул Эллис. Глаза у него загорелись от азарта. – Ну-с, пойдем! – он надвинул маску на лицо и ухмыльнулся: – Виржиния, а вы мне помочь не хотите?
Я тоскливо обернулась к северному концу галереи, где со скучающим видом поджидала меня зоркая миссис О’Дрисколл, и вздохнула.
– Боюсь, маркиз будет против.
– Не будет. Вот увидите, – серьезно пообещал Эллис. – Ну же, идемте. Заодно покажете мне своего Фаулера, если заметите его. Искать подозреваемых со свидетелем гораздо удобнее, чем с одними словесными описаниями, полученными к тому же из третьих уст.
И, прежде чем я хоть что-то ответила, он ухватил меня за руку и потащил вперед. Миссис О’Дрисколл ринулась было за нами, но тут у нее из-за спины выскочила та самая девица в голубом и принялась взволнованно тараторить.
Эллис, мельком взглянув на них, усмехнулся.
Мне в голову запоздало пришла мысль, что, возможно, он не лгал, когда говорил, что общается с этой девицей исключительно в интересах дела… только лукавил немного. Похоже, она была не подозреваемой, а помощницей.
Ближе к залу детектив степенно замедлил шаг и отпустил мою ладонь.
– Значит, так. Сейчас мы выйдем поодиночке, – вполголоса начал он объяснять прямо на ходу. – Вы сразу ступайте к маркизу. Я в последний раз его видел в правом углу зала, недалеко от колонны. Там еще под одной дамой кресло развалилось, так что прямо посреди ряда получилась дырка… Словом, найдете. Ваш маркиз там с какими-то скучными лордами обсуждал то ли политику, то ли скачки – в общем, речь шла про то, что недальновидные торопыги могут и шею свернуть невзначай. Подойдете к нему, как-нибудь отзовете в сторону…
– Как я это сделаю? – деликатно прервала я поток словоизлияний Эллиса. – По правилам этикета даже на маскараде леди не может подойти и первой заговорить с мужчиной, а уж тем более – отозвать его в сторону. Если, разумеется, речь идет не о супругах.
– Используйте какие-нибудь женские штучки, – хмыкнул Эллис. – Ну, там взгляд пристальный, взмах веером… В общем, чего вы ко мне с вопросами пристаете, кто тут у нас женщина – вы или я?
– Я.
Нет, сегодня мне определенно было не поспеть за логикой Эллиса.
– Ну, хоть в чем-то у нас согласие, – удовлетворенно кивнул он. – Подойдете к маркизу, отзовете его в сторону и расскажете ему все то же самое, что и мне. Я пока пройдусь по залу и осмотрюсь. Конечно, народу сегодня много, но розовый кринолин – не такая уж распространенная вещь. Постараюсь разыскать эту подозрительную дамочку своими силами. Если получится – найду вас и передам устное сообщение маркизу.
Я нахмурилась.
– Почему через меня?
Эллис остановился и сердито оглядел меня.
– Потому что я здесь инкогнито, разве не понятно? Вы можете беседовать с кем угодно, не вызывая подозрений. Но маркиз Рокпорт – другое дело, особенно сегодня. Вы можете возразить, что немногие знают о его службе на благо Короны. Это верно, однако сейчас мы, возможно, имеем дело с нераскрытым шпионом в стане «ос». Поэтому нужно соблюдать крайнюю осторожность. Крайнюю, понимаете? Никто не должен заподозрить, что расследование ведется сразу по двум каналам.
– Разумно, – вынужденно согласилась я и встрепенулась, вспомнив кое-что важное. – Эллис, а как мне узнать дядю Рэйвена? Он не сказал, какой у него будет костюм.
Детектив поперхнулся смешком и ободряюще хлопнул меня по плечу:
– Вы узнаете его, Виржиния. Поверьте мне.
Как мы и условились, я вышла в зал первой. Эллис пока задержался на лестнице – он хотел попросить миссис О’Дрисколл осмотреться в зале и поискать даму в розовом кринолине. Вполне логично: рыбьи глаза экономки были зорче, чем у иного орла, и подмечали мельчайшие детали.
Я же не настолько доверяла своей внимательности, особенно после танца с Крысоловом, основательно выбившего меня из колеи. А потому сомневалась в том, сумею ли найти дядю Рэйвена среди других гостей бала. Конечно, была одна верная примета – рост в сочетании с комплекцией; вряд ли даже во всем Бромли отыскалось бы еще хоть с десяток таких же высоких и худых, как палка, мужчин. На моей памяти только сумасшедший парикмахер, мистер Халински, мог бы посоперничать с дядей Рэйвеном. Но то в обычной жизни. А на маскараде высокие каблуки и платформы, пышные одежды и вычурные шляпы изрядно сбивали с толку.
Так я размышляла, направляясь в указанную Эллисом часть зала. Но стоило только подойти поближе и увидеть нескольких джентльменов, беседующих у колонны, и все мои сомнения как рукой сняло.
Лишь один из ряженых мог быть дядей Рэйвеном.
Тот, что носил костюм Врачевателя Чумы.
Старинные туфли – черные, остроносые, пошитые из мягкой кожи; одеяние цвета сажи, схожее с монашеским – длинное, в пол, с воротником-стойкой, сверху сидящее очень плотно, по фигуре, а от талии слегка расходящееся, наподобие юбки; знакомая уже шляпа – с узкими полями и прогнутой тульей; и, наконец, птичья маска с вытянутым клювом…
