Благо детектив не заставил ждать себя слишком долго. Он явился через полтора часа, аккурат после того как миссис Хат вытащила жульен из печи – просочился с чёрного хода, видимо, одолжив ключ у Лайзо, без спросу повесил пальто сушиться на спинку любимого стула Георга и проник в общий зал.
– Удивительно, как вам удаётся приходить точно к обеду. Вернее, к угощению, – шутливо заметила я, когда мы обменялись приветствиями.
– Особый талант? – смешно вздёрнул брови Эллис, усаживаясь за стол. – Рассказывайте, Виржиния. Неужели вы так быстро сумели проникнуть к Шелли в дом?
– И да, и нет, – ответила я. – Видите ли, мне приснился сон.
Надо отдать детективу должное, он не выказал ни тени сомнения. Только попросил негромко: «Продолжайте». Выслушал меня внимательно, лишь дважды перебил, уточняя детали; в первый раз его заинтересовали потоки разноцветного света вместо головы у хозяйки, а во второй – слова умирающей служанки.
– «Не хотела его брать»… – пробормотал Эллис и задумчиво постучал ложкой по краю тарелки. На звук обернулась одна из гостий кофейни, пожилая светловолосая леди в немодном платье, которая приходила каждый третий понедельник в полдень и долго смаковала единственную чашку горячего шоколада со сливками. – Что бы это значило, интересно. Впрочем, одно могу сказать с уверенностью – сон вас не обманул. Насколько я знаю, сегодня утром к Шелли снова вызвали врача, и он до сих пор не покинул дом. Выяснить, как зовут похожую по описанию служанку – дело получаса, а затем я возьму кого-нибудь из помощников порасторопнее, зайду к Шелли и попрошу предъявить мне её. Мол, кто-то из знакомых давно не видел бедняжку и забил тревогу, а моё дело проверить. Вот и повод, вот и причина… Виржиния, а как вам показалось – это была насильственная смерть? – спросил вдруг Эллис.
Я совершенно растерялась. Полузабытое ощущение от сна-предвиденья нахлынуло, как густая волна темноты – беспомощность, чужое сожаление и боль.
– Не знаю. Одно могу сказать: та смерть была несвоевременной. Внезапной. Никто не ждал ничего подобного. И вызвала её отнюдь не болезнь, – добавила я, вспомнив призрачный запах крови и красноватые отсветы в комнате.
– Убийство или снова несчастный случай, вот в чём вопрос, – вздохнул детектив и покосился на собственную пустую тарелку, затем на мою чашку. – Пожалуй, самое время для кофе, как вы считаете? М-м-м, а какие у вас десерты красивые сегодня, особенно у той дамы рядом с окном, – добавил он мечтательно. – И расскажите, как прошла беседа с дядюшкой. Вы ведь с ним поговорили?
Разумеется, я оценила попытку замять неудобную тему и даже расщедрилась на небольшую отсрочку – попросила Мэдди принести кофе с перцем и солью, а к нему мягкое пресное печенье с розмарином. И лишь когда он пригубил напиток, спросила невинно:
– Так мистера Шелли уже обвиняли в убийстве?
– Сказал же: «Снова несчастный случай», а никакое не… – начал было Эллис, но осёкся. – Вы меня подловили, Виржиния. Я сегодня слишком рассеянный, и это хороший урок мне. Да, в доме Шелли уже умирали. Роджер не сразу стал хозяином, – кривовато улыбнулся он, ясно давая понять, что не хочет продолжать. – Теперь вам, пожалуй, уже и не нужно нарушать запрет доблестного маркиза, дальше я и сам справлюсь. Большое спасибо… Кстати, о непростых отношениях. Повторю вопрос насчёт Клэра: вы поговорили?
– Сэра Клэра Черри, – поправила я по привычке. «Дальше и сам справлюсь» – какое нахальство! Нет, нельзя это так оставлять… – Дядя очень щепетилен в вопросах именования, не забывайте, пожалуйста. Да, мы поговорили, и он к тому же дал мне неплохой совет.
Я коротко изложила его размышления о причинах, побудивших дядю Рейвена столь жестоко обойтись со мною, и затем рассказала о решении, которое мы нашли. Эллис рассмеялся:
– Да уж, только стайки прелестных леди в роли политической оппозиции маркизу и не хватало. Попросите свою приятельницу, герцогиню Дагвортскую, послать увещевательное письмо на розовой бумаге, пропитанной розовой эссенцией с розовым… с розовыми… А розовые чернила бывают, Виржиния?
– Нет, но можно развести красные, – всерьёз задумалась я.
– Лучше не надо, – усмехнулся Эллис. – Слишком похоже на завуалированную угрозу. Что ж, действуйте. Я предупредил старину Хоупсона, кстати. Если на него станут давить «осы», он просто ушлёт меня на месяц-другой в провинцию, якобы в наказание, а потом вернёт. Хоть отдохну немного… Ну, до встречи. Пойду-ка я расшевелю наших ребят и попытаюсь проникнуть в дом к Шелли. Время не ждёт.
Уже на пороге я спохватилась и вспомнила о странном поведении Мэдди, которая, к слову, так и не спустилась, чтобы проводить гостя.
Эллис, против ожиданий, не стал отмалчиваться и отшучиваться. Он посмотрел серьёзно исподлобья и спросил:
– Вы действительно хотите знать?
– Разумеется, – с достоинством кивнула я.
Детектив вздохнул, надвинул кепи на самый лоб и предусмотрительно отступил на ступеньку ниже, под ледяную морось, точно его кто-то собирался преследовать.
– В тот день Мадлен зашла ко мне, когда, как она думала, я спал, – произнёс он негромко. – И поцеловала.
