Судя по письму, герцогиня собиралась устроить что-то вроде небольшого званого вечера для крайне узкого круга, но зато пригласить музыкантов, а также развлечь нас некой «диковинкой» – подарком на Сошествие.
Звучит привлекательно.
Что ж, значит, нужно достать из запасов шкатулку с чжанским чаем и взять с собой, когда отправлюсь в гости к Абигейл – вместе с ворохом последних бромлинских слухов, которые завсегдатаи неизменно приносят в «Старое гнездо».
Оставалось ещё кое-что важное – дело Эллиса. Хотя он и отказался вежливо от моей помощи – или, вернее сказать, мягко отстранил меня, сперва поманив загадкой, – я не собиралась сдаваться. Напротив, появился азарт. В голове постоянно вертелись мысли, как можно обойти и запрет дяди Рэйвена, и завуалированную просьбу детектива «не лезть в расследование».
Только бы Абигейл согласилась помочь!
Письмо от герцогини пришло днём, а прочитала я его только вечером, вернувшись домой. Ответ хотела набросать следующим утром, в кофейне, но не успела: ко мне поднялась Мэдди и сообщила, что в зале меня кое-кто ждёт.
Каскад волос цвета яблоневого мёда, немодная изящная шляпка, платье холодного синего оттенка с серой отделкой, неизменный серебряный лорнет…
– Леди Клэймор, какой сюрприз!
– Леди Виржиния, – улыбнулась она, поднимаясь. – Вижу, у вас новая картина? – и она указала на небольшую пастель в раме из светлого дерева, размещённую между окнами.
– Да, подарок небезызвестного Эрвина Калле. Или лучше сказать – «прославленного»? – пошутила я, и Глэдис рассмеялась: конечно, она прекрасно знала, как любит величать себя этот невероятно талантливый художник со своеобразными манерами.
Мадлен принесла ей кофе «для леди» и несколько маленьких орехово-инжирных пирожных на тарелке – за счёт заведения, разумеется. Поначалу говорили о рутинных вещах, о скверной аксонской погоде и новых вывертах моды; беседа текла мягко и неспешно, как переливаются густые сливки из одного кувшина в другой. И лишь отдав должное этикету и традициям, Глэдис отложила лорнет, слегка наклонилась ко мне и произнесла, понизив голос:
– Вы ведь получили письмо с намёками от леди Абигейл?
– Загадочный подарок на Сошествие? О, да! – откликнулась я чуть громче, чем следовало.
– То, что может быть особенно интересно мне, – задумчиво повторила Глэдис. – Как вы думаете, что это?
– Предмет искусства, определённо, – ответила я, не колеблясь ни мгновения.
– Скорее всего, – согласилась она и слегка сузила глаза. – Но меня кое-что смущает. Я гостила вчера у леди Вайтберри, когда ей доставили письмо. И там говорилось, что на подарок будет интересно взглянуть не только мне, но и вам. А ведь вы не слишком хорошо разбираетесь в искусстве.
Леди Клэймор была совершенно права, но всё же уязвлённая гордость заставила меня возразить:
– Возможно, и так, но не столь давно мы вместе посетили одну выставку, которую не почтила своим вниманием ни леди Абигейл, ни леди Вайтберри.
– И что же это была за выставка? – лукаво поинтересовалась Глэдис.
Несколько секунд я честно пыталась вспомнить:
– О, что-то под открытым небом, потому что они отрицают музеи, кажется… Считают, что музеи – зло, а новые художники стоят на вершине мира, что-то гордо расправив, и бросают… бросают… вредные привычки… нет, не то… вызов? Да, конечно же, бросают вызов! – уверенно закончила я, а затем сообразила, что о картинах-то ничего не сказала, и добавила: – Там были изображения треугольничков и кружков, и это называлось «Сквер». Или «Бульвар». И мне понравилась картина с зелёным полукругом, красным треугольником. Очень, гм… по-летнему, освежающе.
– Это «Портрет», – тихонько вздохнула леди Клэймор. – Загадочное и удивительное искусство будущего, свободное самовыражение… Не столь важно. Теперь я вижу, что вы меня хотя бы слушали. Только на этой выставке мы не были вместе, я вам о ней рассказывала.
Тут я не выдержала и рассмеялась.
К сожалению, Глэдис не могла задержаться надолго, так как торопилась к модистке. Потому, собственно, и заехала в «Старое гнездо», а не в особняк на Спэрроу-плейс. Она надеялась узнать что-то о планах герцогини Дагвортской, но я, увы, не смогла дать ключик к разгадке. Оставалось лишь терзаться от любопытства вместе – и ждать встречи у Абигейл на следующей неделе.
– Леди Виржиния! Георг просит на кухню вернуться. Миссис Хат дурно, – шепнула мне Мэдди, когда Глэдис ушла, а я замешкалась, размышляя, стоит ли подойти к леди Клампси или не стоит, раз она сегодня пришла с троюродной племянницей по линии младшей сестры – излишне скромной и робкой девицей, которая падала в обморок даже от слишком пристального взгляда.
– Да, через минуту, – ответила я со вздохом. Пожалуй, следует хотя бы поздороваться с леди Клампси…А миссис Хат с самого утра жаловалась на скверное самочувствие, следовало бы отпустить её пораньше.
