Все двенадцать месяцев года Аля Серебрякова активно помогала своему любимому Никите осуществлять его заветную мечту, преодолевая ради этого множество препятствий, чуть ли не выискивая, как в старой доброй сказке, подснежники под снегом. Но Никита не замечал ни Алиной любви, ни её стараний, поскольку был влюблён в другую… Перед наступлением очередного Нового года у Али одна надежда – на новогоднее чудо, ведь в волшебную полночь, пока часы бьют двенадцать, возможно всё, даже расцветающие среди зимы подснежники…
© Лунина А., 2016
© Оформление. ООО «Издательство «Э», 2016
Декабрь заканчивался долгим, сказочным снегопадом. До Нового года оставалось несколько часов.
Аля стояла за кулисами театра и смотрела на сцену, где актеры играли последний в этом году спектакль. Скоро великолепная Ангелина – заслуженная артистка России Ангелина Ткаченко – выдаст завершающий монолог «на разрыв», потом юная актриса Женька Скочкина тоже скажет «свое слово», покорив зал искренностью и талантом, а в финале пойдет снег (согласно пьесе, снег в спектакле – важное действующее лицо), и все – спектакль закончится.
Аля вышла в коридор и поглядела в окно на крупный, прямо-таки постановочный – как в их спектакле – снег. О том, что ей делать, когда театр опустеет, и как встречать Новый год, Аля старалась не думать, хотя эти мысли то и дело лезли в голову. Скорее всего, попрощавшись с коллегами по театру и придя домой, она откроет бутылку шампанского и сама себя поздравит с наступающим Новым годом. Потом посидит в тишине и вспомнит все, что случилось с ней в уходящем году. Переберет в памяти все его двенадцать месяцев – горьких, сложных, полных испытаний, а все-таки – самых счастливых в ее жизни…
Но это будет потом – до Нового года еще несколько часов. И спектакль продолжается.
Уже сильно хотелось снега – какая без него зима?! Уже декабрь, а снега и в помине нет, словно в небесной диспетчерской произошел какой-то сбой. Поэтому когда однажды утром, выглянув в окно, Аля увидела, что пошел снег, она прямо закричала от радости:
– Ура!
Ее муж Влад в это время пил крепкий утренний кофе и читал деловую газету, совершая свой обычный ритуал, перед тем как уйти на службу.
– Алевтина, что ты кричишь? – спросил он, на мгновение отвлекшись от газеты.
– Снег! – улыбнулась Аля.
Влад пожал плечами – ну снег, что в этом такого необычайного?! – и, озабоченно сказав «акции падают», опять уткнулся в газету. А Аля еще и так и этак крутилась у окна, рассматривая снег, даже окно приоткрыла.
– Закрой окно! – не поднимая головы от газеты, попросил Влад. – Дует!
Ладно, Аля закрыла окно. Она тоже налила себе кофе и села за стол рядом с мужем. Некоторое время она ждала, что он наконец обратит на нее внимание (все же неприятно видеть перед собой не лицо, а газету), потом не выдержала и напомнила о себе:
– Влад, хочешь, покажу тебе мои новые винтажные вещички?
Он глянул поверх газеты и промычал:
– Может, потом?
Аля вздохнула и решила сделать еще одну попытку завязать разговор – она стала рассказывать мужу, как у нее идут дела с поиском работы: «Вчера в одном журнале я получила тестовое задание, и, если все будет хорошо, меня возьмут!», но Влад только раздраженно заметил, что вообще не понимает, зачем ей нужно работать: «Сидела бы дома, денег вроде хватает!»
Да, тех денег, что зарабатывает Влад – ведущий специалист по фондовым бумагам, – им и впрямь хватает. Дело в другом: с некоторых пор Але не хватает ощущения собственной значимости. Ей кажется, что она, Аля Серебрякова, тридцати лет от роду, художник-оформитель по образованию, теперь только «жена своего мужа» и живет исключительно жизнью Влада, состоит при нем: подать-принести, выгладить рубашки, выслушать последние экономические сводки. Кстати, Влада это полностью устраивает. Он сразу после свадьбы сказал ей, что не хочет, чтобы она работала. Аля последовала желанию мужа и стала домашней хозяйкой, но с некоторых пор ее это стало тяготить. Мысли о том, что она не смогла реализоваться в любимой профессии, не давали покоя, и Аля решила устроиться на работу. И вот вчера, после месяца поисков, ей наконец попалась интересная вакансия. Но Влада это, конечно, не интересует – он так вцепился в газету, что, кажется, сейчас прямо проглотит ее вместо десерта. Влад вообще относится с неким снисхождением к ее специальности, не отказывая себе в удовольствии при случае подчеркнуть, что никаких особенных художественных талантов у Али нет.
Решив, что просто так сидеть, дожидаясь внимания мужа, уже даже унизительно, Аля взяла лежащий на столе женский журнал. Пролистав его, она остановилась на статье, в которой автор рассуждала о «мерцающей сексуальности» современных мужчин, дескать, мужчины нынче стали какие-то усталые и расслабленные, все-то им лень: не ходят в походы, не завоевывают царства, не добывают шкур мамонтов, не сражаются за женщин, а полеживают себе на диване с телевизионным пультом в руках.
