– Не слушай ее, – сказала Сисси, – с нами или без нас, тебе суждено стать владычицей мира.
Успокоившись и повеселев, Маргарет еще раз обняла подруг и поднялась с качелей.
– Идемте скорее, положим в дупло новые ленты.
– Что за ленты? – настороженно спросила Сисси.
– О которых говорили в Миртл-Бич. Что останемся подругами навсегда и будем поддерживать друг друга, что бы ни случилось, – напомнила Битти. – До сих пор не понимаю, зачем писать это на лентах. Кажется, она нам не доверяет.
– Глупости, – заявила Маргарет. – Я уже все приготовила.
Она порылась в карманах платья и вручила подругам одинаковые ярко-желтые ленты. На каждой изящным почерком была выведена надпись: «Дружба навек, несмотря ни на что».
– Давайте увековечим нашу дружбу. – Маргарет сбежала по ступеням крыльца.
Ее настроение менялось так же быстро, как погода, словно она свято верила, что все в жизни должно происходить по ее желанию. Впрочем, так всегда и было. На мгновение Сисси возмутилась, однако тут же устыдилась своего возмущения.
Девушки прошли по лужайке мимо птичьих домиков, приблизились к огромному дубу и по очереди засунули ленты в дупло. Над болотом прогремел далекий гром. По небу сонно ползли тяжелые тучи.
У Сисси по спине пробежал холодок. Когда они клали ленты в прошлый раз, тоже шел ливень, и их желания сбылись. Она окинула взглядом величественный особняк и удаляющиеся фигуры Битти и Маргарет. Ей захотелось запечатлеть это мгновение на снимке, пока их жизнь не изменилась.
Отбросив мрачные мысли, она крикнула: «Подождите меня!» и бросилась догонять подруг.
Настал день приезда Бойда и Реджи в Карроумор. Сисси нервно ходила по крыльцу, а Битти и Маргарет сидели на качелях. Несмотря на многочисленные попытки связаться с Реджи (Битти сдержала свое обещание и позвонила под чужим именем), от него до сих пор не было известий. Даже Бойду не удалось с ним связаться, но он пообещал, что по пути в Джорджтаун заедет в Саммервилль и выяснит, как дела у брата.
Бойд должен был приехать с минуты на минуту. Реджи так и не объявился. Сисси старалась не думать о том, что могло случиться, опасаясь худшего. Как говорит мама, нужно сперва дойти до моста, а потом уже переходить на ту сторону. Судя по всему, мост совсем близко.
В глубине души Сисси надеялась, что Реджи не приедет. Не надо ему видеть Маргарет в таком состоянии. Она с тревогой взглянула на подругу. Золотистые волосы потускнели и безжизненно спускались на поникшие плечи, лицо осунулось, под глазами темнели лиловые круги, свидетельствующие о бессоннице и непрестанном беспокойстве. «Наверное, в этом и заключается истинная любовь, – подумала Сисси, – когда застаешь свою возлюбленную не в лучшем виде, но все равно продолжаешь любить ее».
Битти предложила Маргарет «Тутси-ролл», та отказалась. Миссис Дарлингтон оставила попытки поднять дочери настроение некогда запретными сладостями и уже намеревалась позвонить доктору. На это Маргарет решительно возразила, дескать, ни один доктор в мире не в силах вылечить разбитое сердце.
Миссис Дарлингтон заявила, что Маргарет излишне драматизирует, однако не могла отрицать, что имеются все основания беспокоиться. Если до конца дня от Реджи так и не появится новостей, пообещала она, мистер Дарлингтон позвонит его родителям. Главное – не показаться слишком настойчивыми. В конце концов, Маргарет Дарлингтон – не какая-нибудь несчастная дурнушка, пропадающая без женихов. Нужно просто продемонстрировать заботу о благополучии Реджи.
К тому времени как на дороге показалось облако пыли, предвещающее приближение автомобиля, Сисси изгрызла все ногти, а Маргарет обессиленно прикорнула на плече у Битти. Сисси подбежала к двери и, забыв о приличиях, крикнула: «Кто-то едет!»
– Хорошо, мисс. Я сообщу мистеру и миссис Дарлингтон, – отозвалась экономка в униформе, протирающая пыль в холле.
Битти помогла Маргарет подняться с качелей. Автомобиль подъехал ближе. Сердце Сисси затрепетало от радости: машина Бойда. Она прищурилась, пытаясь разглядеть, кто внутри, но облако пыли закрывало обзор.
Сисси поспешно спустилась с крыльца, однако, услышав приближение родителей Маргарет, остановилась у подножия лестницы. Ее раздражали их королевские манеры и неукоснительное соблюдение светских условностей, но ради Бойда необходимо вести себя безукоризненно.
Машина остановилась перед домом. Маргарет издала крик отчаяния. Только сейчас Сисси заметила, что Бойд приехал один.
– Здравствуй, Сессали. Я соскучился, – тихо сказал он.
– Я тоже, – шепнула она в ответ и, не в силах удержаться, взяла его под руку. – Я познакомлю тебя с родителями Маргарет. Надеемся, ты принес добрые вести.
Бойд еле заметно покачал головой. У Сисси упало сердце.
