Самули должен вот-вот подойти. Отправная точка — Каласатама, и на сей раз они поедут на велосипедах по прямой, до самого Арабианранта. Стройки огорожены рабицей: по обе стороны дороги ведутся какие-то раскопки. Отдельные части подъемных кранов и экскаваторов чем-то напоминают ножки кузнечика. Оранжевые железяки копаются в земле и прорывают ямы, совсем как гигантские насекомые. Позади остались автомойка и станция техобслуживания, сразу за которой — автокафе. А вдруг Йеремиас просто заблудился в этом бурьяне? Или кто-то завел его в самую глушь и оставил там? С другой стороны, даже если и так, с острова-то он не уходил — по крайней мере, ничто на это не указывает.
Самули весь день какой-то притихший. Саане до слез его жаль: исчезновение брата в одночасье лишило его нормальной человеческой жизни.
Порыв ветра швыряет облака уличной пыли прямо в лицо. Саана вглядывается в места, огороженные рабицей, — ну и бардак. Выцветшие таблички запрещают проход и проезд посторонним. Вытащенные на сушу лодки. Синие и белые бараки, а у самого берега — роскошные, напитавшиеся за лето теплом и влагой березы. Взгляд Самули устремлен на воду, к горизонту. Саана притормаживает, чтобы сфотографировать белые башни бетонного завода. Тем временем вокруг становится все грязнее, и чем ближе они к мусороперерабатывающему заводу, тем чаще им на это намекает количество мусора. Вскоре перед ними вырастает целая гора электропроводов. Разноцветные нити путаются и заворачиваются, будто змеи в огромных гнездах. «Однажды мы просто утонем в вещах», — думает Саана.
Мусороперерабатывающий завод из красного кирпича мрачно возвышается на фоне безмятежного неба. Похоже, скоро на этой пустоши вырастут многоэтажки — если повезет, они выстроятся такими же аккуратными рядами, как и дома на Арабианранта, которые просматриваются даже отсюда. Песок поскрипывает под колесами, море идиллически спокойно. На небе в художественном хаосе смешались оттенки бледно-синего, фиолетового и розового. Где-то высоко кружат чайки. Саана осматривается. Будь у этой вылазки менее печальный контекст, она могла бы показаться приятной: друзья катаются на великах вдоль побережья — чем не прелесть?
Доехав до нужного места, они оставляют велосипеды рядом с парковкой и ждут. Самули договорился о встрече с главой добровольческой бригады, Тютти Йокинен. На ее счету множество поисковых операций. Скоро перед ними возникает мощная женщина в ярко-красной ветровке, на поводке она держит неугомонную собаку.
— Спасибо, что нашли для нас минутку, — говорит Самули. Саана тоже здоровается с женщиной и благодарит ее.
— Полиция развернула на той территории довольно масштабные поиски, — Йокинен переходит прямо к делу. — Мы тоже прочесывали местность несколько дней. К сожалению, вынуждена сообщить, что мы решили остановить поиски за неимением результатов.
— Да, я понимаю, — говорит Самули, выглядя при этом совсем поникшим.
— Вы не могли бы повторить это еще раз, но уже на диктофон? — спрашивает Саана.
Йокинен повторяет сказанное, после чего просит Саану и Самули пойти за ней.
— Есть место, куда мы могли бы сходить втроем, — сообщает Йокинен. Одновременно она натягивает поводок, пытаясь совладать с буквально сигающей от восторга немецкой овчаркой.
— Я говорю о вышке для наблюдения за птицами на Порнайстенниеми. Оттуда вам откроется весь этот тростник — поймете, о какой обширной и сложной местности идет речь. Лучше один раз увидеть.
Они молча идут за Йокинен и ее энергичной собакой.
— То есть эта дорога не ведет напрямую к Ламмассаари, а обрывается у самого тростника со стороны Порнайстенниеми, — продолжает Йокинен. — Во время поисков мы всегда ищем какие-то знаки, отметины, обращаем особое внимание на края тропинок, ищем примятую листву, сломанные ветки — все, что не кажется естественным. Мы прочесали путь до острова и сам остров, конечно. Ваш брат будто испарился.
— Спасибо огромное за помощь, — выдавливает из себя Самули. Он плетется в самом конце этого шествия.
Тютти Йокинен привязывает собаку к забору, и они втроем поднимаются на вышку по деревянной лестнице.
Пейзаж поистине впечатляет. Ковер из озерного тростника, повинуясь дуновениям ветра, послушно покачивается, чем напоминает струящийся шелк, а сверху на землю взирает бесконечное небо. Посреди зарослей проходит узенькая тропка, ведущая к миниатюрной охотничьей будке. Саана фотографирует пейзаж на телефон и выкладывает изображение на инстаграм-странице
— Сами понимаете, поиски ведутся на условиях заповедника, то есть нельзя протаптывать дорожки там, где во время приливов и по весне ходить запрещено. Хотя мы предполагаем, что и сам пропавший туда бы не сунулся.
