Центральная городская площадь была до отказа забита людьми. Молодыми и в возрасте, мужчинами и женщинами, трезвыми и пьяными. Казалось, сюда выбрался чуть ли не весь город, хотя все жители здесь никак не могли поместиться. Поначалу, когда мы только-только пришли, здесь ещё можно было спокойно вздохнуть. Спустя час – яблоку негде упасть. Спустя каждые пятнадцать минут люди вскрикивали, поздравляли друг друга, фотографировались, чокались бокалами, вытянутыми из дома или пластиковыми стаканчиками с горячительным глинтвейном. Торжество превращалось в балаган, который я терпеть не могла. Это была та самая причина, «против», которая побуждала меня отказываться от идеи выбираться из дома в новогоднюю ночь в центр. Терпеть не могла стадо остолопов. От них сбегала постоянно, чтобы они не заразили меня своей глупостью, но их слишком много – постоянно настигают и встречают с распростёртыми объятьями. Вот и сейчас тут на площади скопилось столько моих знакомых, что мне малость не по себе становилось. Каждому стоило уделить внимание, и я банально не могла выбрать, с кого начать. Поэтому вместе с Ярославом мы прохаживали сквозь эту упакованную, как сардины в банке, толпу. Как удавалось общаться и, более того, слышать друг друга – не понимаю.
- Ты выглядишь получше, - это первое, что заявил мне Ярослав, едва мы убрались из компании Егора, Саши и подоспевшей Ани. Честно говоря, я ему благодарна. Ярославу. Если бы не он, кто знает, чем бы эта беседа закончилась.
- Выглядела бы ещё лучше, если бы не решила позвонить Егору перед самой полуночью, - в моём голосе отчётливо слышалась претензия к самой себе, но Ярослав, видимо, решил оставить её без внимания.
- Ты расслабилась, - он дёрнул меня за локоть, притягивая к себе, чтобы табун веселых парней не прошёл между нами – тогда шанс потеряться в этом сумасбродстве вырос бы в разы.
- А ты напряжён, - неужели я, наконец, научилась видеть, когда он напряжён или нет? Да, научилась. Или угадала. Нужно три раза подряд это сделать – закономерность. – Что-то не так?
- Помнится, я говорил тебе, чтобы ты не забивала голову себе моими делами, - он говорил немного жёстче, чем нужно, но не хотел обидеть. Да я и не обиделась. Не тот уровень доверия ещё. Я понимаю, но смиренно идти рядом и молчать не хочу.
- Помнится, - повторяла я его реплику, - ты говорил мне, что минус работы психотерапевта в том, что ты не можешь расслабиться.
Догадывайся сам. Вернее не так. Не догадывайся, а додумывай. Доводи до конца мою мысль. Ты гораздо умнее и опытнее меня. Ты шаришь в этих тонкостях отношений и слов гораздо больше. Ты ведь понимаешь, к чему я клоню?
- Ты уже сделала мне подарок – большего пока не нужно, - он улыбнулся и примял шапку к моей макушке, от чего она сползла на глаза.
- Ты тоже, - я принялась поправлять шапку, немного вспыльчивыми движениями, потому что разозлилась, - никак не ожидала от тебя Бредемайера* получить.
- Правда? А я думал, что ты ожидаешь его от меня, - он усмехнулся и снова прижал шапку. Дразнит меня. Гадёныш.
Ему повезло, что между нами прошла парочка дёрганных детишек, и вся моя злость улетучилась с этими взъерошенными шилами в попе. Тем не менее, Ярослав выглядел немного лучше. Я никогда не видела его вот так, среди людей, не в халате и без привычной маски психотерапевта. Да и к его верхней одежде я не совсем привыкла. Чёрное двубортное пальто со стойкой без повязанного поверх шарфа выглядело очень обжигающе. Вообще весь его образ был тёмным и жгуче притягивающим. Единственное светлое пятно – это волосы, над укладкой которых последним явно работал ветер. Ярослав был обаятельным и умным – два качества, которые так привлекают всех женщин. Ему не место на глянцевых журналах, он не настолько смазлив, но весь его лик так и твердил о том, что мимо такого мужчины с опущенным взглядом не пройти рядом.
- Я бы не отказалась выпить кофе, - оглядываясь по сторонам и подходя ближе к Ярославу, твердила. Это не намёк. И не манипуляция. Это, считай, открытая просьба.
Сквозь толпу людей впереди я увидела Леонова. Он осматривался, прохаживался среди людей и, завидев мой направленный на него взгляд, поспешил именно сюда. Ярослав же искал место, где можно выпить кофе или решал, до какой из уличной кофейни быстрее можно дойти.
- Кать, - между нами три метра и с десяток людей, Леонов, - пошли с нами в снежки играть.
Стоявшие на его пути ко мне жители расходились и оглядывались. Ещё бы. Тем, кто был рядом, с ним пришлось слушать чуть ли не крик.
- О, я отвлекаю тебя? – наконец, ты заметил, что я не одна.
Не знаю, почему, но Леонов сейчас раздражал. Своим поведением. Своим появлением. Своей просьбой. Хотя нет, в снежки я бы сыграла и раздавила бы всех противников, как тараканов, туфлёй. Но, Леонов, что-то тут не так.
