- Я сделаю потом компресс, - мой голос нарушил тишину между нами. Её, правда, изредка прерывало слишком громкое потрескивание древесины внизу, но это случалось слишком уж изредка.
- Буду благодарен, - он ухмыльнулся и кивнул. – Так о чём ты поговорить хотела? Раз уж отдыхаем.
- Ты можешь тесты на профессиональную ориентацию провести? – слегка подняла голову, чтобы встретиться взглядом с ним, но этого не произошло.
- Это немного не моя работа, - он хмыкнул каким-то своим мыслям, - но устроить можно. Подыщу для тебя необходимые тесты по возвращению в город. Это всё?
- Пока да, - но меня тревожило не это. Вернее, это - не всё, что занимало мысли. – А ещё… ты говорил не лезть, но…
- Но ты решила меня ослушаться и всё-таки влезть? – он засмеялся легко и теперь не сводил с моего подбородка (потому что видел он только его и нос) пристального взгляда.
- Ты в последнее время озабочен какими-то мыслями, - привстала на локтях, чтобы видеть его лицо, - и я не могу это игнорировать.
- А должна была как воспитанная девушка, - его тон стал серьёзнее и взрослее. Он напоминал, что я ему не ровня.
- Допустим, я не воспитанная, - но упрямая, - хотя это и допускать-то не особо надо. Последние события говорят сами за себя.
- Да, уж, ни дать – ни взять, - я швырнула в него валик под голову, свободно лежавший рядом, и тот поймал его. – Я не шучу, Кать. Лучше не лезь в это.
- Я не собираюсь лезть в твои дела.
- А что тогда? – он смотрит на меня, словно никакой мой ответ его не удивит.
- Я собираюсь лезть к тебе в голову, - импульс, - а это разные вещи, между прочим.
- Да уж, - он ухмыльнулся и встал, - давай работать, в голову она мне полезет. У тебя квалификации нет. И опыта работы.
Он смеялся, добродушно съезжал с этой темы, чтобы не показать мне, насколько абсурдным на самом деле привиделись ему мои слова. И я понимаю это. Скажем так, я рассчитывала на это.
- Ты помог мне как друг, - пауза, - дважды. Не заставляй меня чувствовать тебе обязанной так много.
- Идём, манипуляторша, - он потрепал меня по голове, - вечером поговорим.
И вечер настал. За всей нашей уборкой, за облагораживанием дома, за его обживанием не просто потемнело – уже спать пора. А мы с Ярославом только-только закончили вычищать ванную комнату на втором этаже. Осталось коридор привести в порядок, и тут можно ходить не в нашей уличной обуви.
- Ты справишься? Пойду мясом заниматься тогда, - я кивнула, и Ярослав опустился вниз.
Несколько секунд возня внизу прекратилась, они разговаривали, а потом возня усилилась: теперь уже и на кухне. Близнецы успели убрать гостиную и кухню со столовой. До кабинета не дошли руки, как и до спальни родителей. Зато все остальные помещения, включая прихожую, тамбур и коридоры отмыли от пыли и наших собственных натоптанных следов. Зима способствовала: никакой грязи, только снег.
Насколько я поняла, сейчас Пашка и Ярослав занимались ужином. Я домывала коридор на втором этаже, а Петька – ванную комнату на первом. Понемногу этот дом наполнялся уютом, теплом и человеческим общением. Как давно он не видел этих чудесных картин. Как давно не чувствовал таких прекрасных запахов, от которых сводит желудок. Как давно не слышал столько смеха. Телевизор разрывался, пока мы с Петькой сидели на диване, вытянув ноги на пуфы. Словно лежебоки. Ярослав нарезал салаты, а Пашка – жарил мясо на улице. Правда, лежали мы недолго. Не прошло и пяти минут, как Петька ускакал к брату, развлекать того, чтобы не замёрз, а я не могла просто лежать под обвинениями собственной совести.
Надо сказать, Ярослав хорошо управлялся с ножом. Резво и шустро. Словно всю жизнь им владел.
- Я люблю готовить, - он улыбнулся, заметив мой удивлённый взгляд. – Но и мясо покромсать тоже могу.
Намёк понят.
Я сглотнула и сдержанно улыбнулась. Помогать ему стругать капусту? Нет. Лучше возьму сваренные и остывающие уже яйца да картофель и буду чистить на «Оливье». Такой род занятий Ярославу пришёлся по душе.
- Я спрошу тебя ещё раз, - он не смотрел на меня, уставился лишь на капусту, которую сейчас сминал и перетирал всей ладонью со специями. – Ты точно хочешь знать, какие у меня проблемы?
- Вот когда ты так говоришь, - я со всей внимательностью сдирала кожицу с уже почищенного от скорлупы яйца, - то во мне полно сомнений. Говори уже, что за тайну ты скрываешь.
- Ох, Катерина, - он трагично тряхнул головой, - обратного пути ведь не будет.
- Это у меня с Егором обратного пути не будет, - иронизировать о таком – да, видать, я действительно глупая и смелая, раз бежала тогда в тыл врага за Леоновым и находилась бесстрашно на передовой, - а с тобой ещё не всё потеряно.
Он ни секунды не сомневался. Видимо, давно обдумал уже всё и только нуждался в моём ответе, чтобы я сама несла ответственность потом за свои слова.
- Помнишь, я говорил тебе о своих прошлых отношениях, - низ живота противно сводило резями. Чёрт, ты же подозревала, что речь пойдёт о чём-то таком, Кать. А теперь не хочешь это слушать?
Не «не хочу», а «неловко».
