— Пожалуйста, «Ласточку»… Берите весла и спаспояс. — Заметив в помещении Кольку, погрозил ему пальцем: — Смотри, чтобы в этот раз… Ты ведь местный…
— Ладно, — сказал Колька.
«Все еще помнит», — мелькнуло у Дмитрия. Он бросился к стенке, где стояли весла, и начал выбирать. Одни были с трещинами и перетянуты проволокой, другие — слишком тяжелые. И вдруг в углу увидел два новеньких, длинных, очевидно, очень легких весла. На них нацелился и молодой в темных очках. Однако Дмитрий опередил ею на какую-то долю секунды.
— Вот эти беру. — Он взял весла и пошел к выходу. Колька взвалил на плечо два спасательных пояса.
В дверях стояла Женя и молча смотрела на него.
— Возьми у Кольки пояса, — сухо сказал Дмитрий.
Женя будто не слышала, посторонилась, пропустив его.
Лицо у нее было отчужденное. Дмитрия взяла досада: «Опять придется оправдываться и объяснять, что к чему… Поднадоело уже, признаться».
Колька бросил в лодку пояса. Дмитрий осмотрел черпак — деревянный и тяжелый. Он притянул соседнюю лодку, взял из нее большую консервную банку, а туда засунул свой черпак.
Потом подозвал Женю:
— Давай руку.
Женя без его помощи села в лодку. Дмитрий отвязал «Ласточку», взялся за весла. Женя и Колька расположились на корме.
— Ну чего ты? Я нехороший, да? Проштрафился?
Женя отвернулась:
— Тебе не было стыдно?
— Было, — через силу сказал он. — Еще есть вопросы?
— Нет.
— Ну тогда прости меня… Пришлось.
Женя промолчала. И на том спасибо. Легко отделался.
Дмитрий быстро подогнал лодку к занесенному галькой устью речки. Вместе с Колькой они протащили ее через накат и вывели в море.
Женя сидела молчаливая и безучастная. Все, что ему так нравилось в ее лице, куда-то исчезло. Даже странно было: те же глаза, губы, лоб и нос, а лицо совсем другое!
Дмитрий старался не смотреть на Женю, но не мог — то и дело исподволь поглядывал на нее. Ну что он сделал плохого? Просто оказался находчивей других. Хотел объясниться, потом раздумал. Стоит ли потакать всем ее капризам?
Меж тем заметно похолодало. Особенно посвежело под тучей, синевато-сизой и густой, стоявшей над ними. Она заслоняла солнце, и под ней было сумеречно.
— В какую сторону нас сегодня понесет? — спросил Дмитрий. — К Туапсе или Геленджику?
— Это как когда, — сказал Колька, — течение меняется, не угадаешь.
Берег быстро удалялся. Дмитрий греб легко. В него словно вселилась беспечная веселая сила. Что бы там ни думала о нем Женя, хорошо, что он не дал утереть себе нос и вышел на отличной лодке с хорошими веслами.
— Надень кофту, — Дмитрий кивнул на рюкзак, лежавший в ее ногах, — на этот раз он основательно подготовился, не забыл даже взять термос с чаем.
— Мне не холодно.
Они отошли на километр от берега, и Дмитрий хотел уже опустить свой самодур, но Колька удержал его: рано, надо выйти на большую глубину. Они отошли еще на километр, и перед ними открылась вся Джубга, Ежик и окрестные горы, подернутые дымкой.
— Дальше?
— Еще немного, — сказал Колька и вдруг весь напрягся. — Лорд, — шепнул он, — смотрите, лорд! Он вытащил три ставридины! Сразу!
— Что ты говоришь? Где он? На той вон лодке, да? — оживленно спросила Женя.
— Подгребем к нему, — предложил Колька. — Дим… Дмитрий, давайте к нему… Лорд, а ловит как все! И от обычных людей мало чем отличается. Вежливый. Точно и не лорд.
— Воспитание, — сказал Дмитрий. — Воспитанный человек везде умеет держаться и не покажет, что у него внутри… Страшное это дело — хорошее воспитание.
Дмитрий увидел на лице Жени улыбку.
— Давай к нему! — сказал Колька.
— Можно. — Дмитрий развернул лодку и стал изо всех сил грести. Лорд был в толстом черном свитере с четким, словно из красной меди, лицом. С ним был Василий, второй матрос-спасатель со станции. Колька сразу его узнал. Рука лорда, сухая и загорелая, все время подергивала леску. Матрос тоже ловил.
— Приветствуем! — крикнул Дмитрий, подгребая к ним, и повторил приветствие по-английски.
Лорд удивился и мгновенно повернулся в их сторону, а рука с тусклым перстнем на пальце продолжала ритмично подтягивать и отпускать леску, Женя с Колькой пристально смотрели на его лицо. Лорд о чем-то заговорил с Дмитрием.
— О, о! — вдруг вскрикнул он, стал быстро сматывать туго натянувшуюся леску, и в воздухе забились две ставридины.
— Как маленький! — сказал Колька. — Было бы с чего радоваться. У рыбаков бы мог купить кефаль: рубь-полтора штука, так то рыбины!
— Это ж азарт, как ты не понимаешь! — Лицо у Жени совсем повеселело.
Дмитрий тем временем продолжал разговаривать с лордом. Он подгреб совсем близко к его моторке, полез в вещевой мешок и достал новенький самодур с грузилом, который они отливали с Колькой, и подал лорду. Рука с перстнем протянулась над бортом. Лорд заулыбался, закивал головой, приложил руку к сердцу.
Дмитрий что-то долго говорил и объяснял ему, показывая на новую снасть, потом приподнял в приветствии руку и стал быстро грести. Лорд долго махал им.