Глава 22
Они оба лежали на ковре в своей спальне и бездумно рассматривали потолок в этот долгий вечер второго января.
– Почему ты не хочешь встретиться с бывшими однокурсниками? – не поворачивая головы, спросила Сора. Она придирчиво осматривала темные доски потолка, которые пора бы уже отреставрировать и не только их – главный дворец определенно нуждался в ремонте. И как она это просмотрела? Нужен ремонт. Определенно. Они на месяц могут переехать в их прошлый дом, спокойный и так любимый, там она была куда счастливее и спокойнее, меньше глаз и ушей, вечно шаркающих слуг и камер. Надо обсудить это с Куроки. Завтра. Завтра и обсудить. А сегодня она просто хочет отдохнуть.
– Потому что я не помню этих людей. Мы несколько десятилетий не общались. Я – император. Они не только не смогут нормально отдохнуть, и парочка выпивших глупцов додумается подойти ко мне с просьбой, – отмахнулся Куроки. Лица знакомых стерлись из памяти, оставив после себя лишь голоса где-то вдалеке, да смех. Жалел ли он об этом? Нет. У императора не может быть друзей, что хотя бы на йоту ниже его по статусу. Да и были ли у него друзья до Соры и Анны? Нет. И это наверняка ужасно звучит, но Куроки хватало общения и новые люди ему были совершенно не нужны.
– Но это было бы неплохо для имиджа, – вздохнула Сора, подняв руки над головой и начав рассматривать свой идеальный маникюр. Хотя если быть честно, то и ей самой не хотелось туда идти – океан манипуляций и фальши, там никто в лицо не скажет, что она поправилась по сравнению с двадцатилетней Сорой, что появились морщины и волосы приходиться прокрашивать от седины. Уж лучше она проведет этот вечер в компании Сакуры, но точно зная, что ей говорят правду нежели… Но все же… Для имиджа этой было бы и вправду неплохо. «Народный император», что словно божество спустился к смертным. Император не забывает об университетских друзьях. Эх, неплохо.
– Тебе самой хочется туда? – поинтересовался Куроки, повернув голову в бок и посмотрев на свою все еще прекрасную жену. Он счастливчик, что с таким человеком « в одной лодке».