– Никогда не думал, что отцы могут бояться родов, – Куроки наконец-то уселся и посмотрел на свою усмехающуюся сестру. Сакура специально вылетела из Лондона, дабы одной из первых увидеть своего новорожденного племянника. Но вот только схватки оказались мнимые и смущенная Сора просила прощения у императорской семьи и медицинского персонала, словно она в этом виновата, но таковы были традиции этого государства.
– Эй!-толкнула его в плечо сестра. – Рожаешь все равно не ты. Так что все будет хорошо.
Девушка зашла в палату, оставив своего брата наедине с мыслями.
Ему было уже двадцать семь. Вроде незначительный возраст, вот только с каждым новым днем у него складывалось впечатление, что все окружающие жаждут от него великих свершений, на которые он был не способен. Он боялся оступиться, сделать неправильный политический шаг и насмешить всех этих ненавистников монархии. Куроки понимал, что все его знания, полученные за время многолетней учебы, ничтожны в борьбе за место в истории родной страны.
Его отец уже в двадцать занимался политикой, а он был на семь лет старше и совершенно не был приучен к реальным интригам министров.
– Куроки, зайди, – императрица Масамо выглянула из – за двери палаты Соры. Тот, кивнув головой, последовал за ней, стараясь оставить свои тревожные мысли за этой белой дверью.
– Мама! – Виктор еще ни разу не слышал, что Анна может так повышать голос, причем крича по – роскрански.
В этот февральский день они вдвоем сидели на маленьком диванчике в Светлой гостиной и спокойно пили чай. Руже уже несколько часов рассказывал княжне о своем детстве, а она, как и подобает воспитанному человеку, слушала его, иногда задавая вопросы и лишь за минуту до начала нового часа просила у него прощения и возможность посмотреть новости. Мужчина знал о ее привычке и поэтому лишь кивал, давая своим голосовым связкам покой. Поворачиваясь к экрану лицом, он привычно положил свою руку на ее плечо и легко притянул к себе, четко осознавая, что продолжительный разговор с Альбертом так и остался незавершенным, но ничего поделать со своими желаниями он не мог.
– Мам! – Анна вскочила с диванчика и подошла ближе к экрану, лихорадочно переключая каналы, пока не нашла полностью роскранский информационный канал.
– Смотри, – почти жалобно произнесла девушка, когда княгиня вошла в комнату. Женщина лишь взглянув на экран, в испуге прижала руку ко рту.
– Саша! Нужно позвонить, – княгиня Мария чуть ли не бежав покинула комнату, оставив Виктора с непониманием смотреть на желтую полоску, внизу телеэкрана. Но мужчина не стал ничего спрашивать, осознав, что все действо на экране, вся пыль, люди, кровь – это по – настоящему. Он вдруг понял, почему случилась такая паника – все происходило в Злате, столице Роскраны, где сейчас учился Саша. Его сердце пропустило один удар.
– Нужно передать наши соболезнования, – княжна наконец-то обрела голос и повернулась лицом к нему. Руже видел ее покрасневшие глаза и чуть дрожащие искривленные губы. Она не могла дать себе слабину, знав, что вскоре станет регентом Альберта.
Держать лицо. Она не должна плакать. От страха, от жалости, от злобы и беспомощности.
– Обязательно предложить помощь криминалистов, – мужчина подошел к ней и вытер блестевшую на щеке слезинку. Его маленькая девочка, вновь ступала на новую ступень. Ему хотелось ее обнять, прижать к себе, прошептав, что поможет ей всегда. Вот только Анна не желала быть хрупкой, самостоятельно решив стоить их отношения на равных, без всякого «принцесса и защитник». – И к посольству положить цветы, проверить наших граждан в Злате.
Иногда ему казалось, что он все еще на стадии старого друга и что его прикосновения не разливают в ней тепло и желания большего. Господи, о чем он сейчас думает?
–точно, нужно. Спасибо, – почти бесцветно произнесла Анна и сжала его левую руку за предплечье, словно боясь упасть. – Я пойду к Прусту.
Она, словно сломанная кукла, медленно вышла из гостиной, оставив Руже одно с его неоспоримым желанием помочь ей. Но кем он был? Для нее, семьи, общественности? Какое право он имел взваливать на себя ее печали? Нужно время и решимость, чтобы сделать следующий шаг.
