Отступил и потрусил к следующему подъезду. Спрятавшись в траве, я стал думать, как жить дальше.
Внезапно почувствовал движение сзади: ощутил опасность ушами, усами, хвостом и всем телом. Я резко обернулся.
Собака неслась от соседнего подъезда. Большими прыжками она преодолела расстояние и готовилась броситься прямо на меня. Уши пса были напряжены и направлены вперёд, клыки оголены, а из пасти текла слюна.
Затем раздался грозный рык, и собака прыгнула. Но я всё же успел сгруппироваться. Вскочил и побежал, выискивая убежище. Я не понимал, куда бежать, и метался по двору, а пёс нёсся по пятам, рыча и лая. Увидев водосточную трубу, я собрал остатки сил и подпрыгнул. Собака лаяла нервно, переходя на визг. Когти скрежетнули по железу, но боли я не почувствовал. Лапы разжались, и я полетел вниз.
«Вот и конец!» – подумал я.
– Цезарь! Ко мне! – крикнул хозяин. – Опять к кошкам лезешь! Ничему жизнь не учит!
Собака нехотя, ворча и оглядываясь, поковыляла к хозяину.
А я съехал на землю. Перед глазами мелькнуло спасительное подвальное окошко. Ни о чём больше не думая, я юркнул туда.
Внутри было темно, но глаза быстро привыкли и стали различать какие-то трубы, обмотанные утеплителем.
– Ну, – раздалось с усмешкой, – удрал от Цезаря?
Я отскочил в сторону. Прямо передо мной стоял Одноухий.
– От кого?
– Пёс такой вредный у нас во дворе живёт – Цезарь. Он тут всех несмышлёнышей гоняет.
– А тебя? – спросил я, уже почти успокоившись.
– Я сказал, несмышлёнышей. Вроде тебя, – махнул хвостом Одноухий. – Впрочем, один раз пытался и на меня накинуться. Да только не знал, что коты могут запрыгнуть собаке прямо на морду. Теперь Цезарь в курсе, какие у меня острые когти. Долго после них приходил в себя и лечился.
Я с восторгом смотрел на своего нового знакомого. Ничего себе! Он победил такое чудовище!
– Выгнали из дома? – прищурив глаз, с ленцой спросил Одноухий.
Я опустил голову:
– Аллергия на шерсть. Никто не хочет брать взрослого кота.
– Знакомо! Люди злы и безответственны.
– Ну что ты! – я мотнул головой. – Моя хозяйка была со мной очень доброй!
– Настолько доброй, что отправила на съедение Цезарю? – усмехнулся Одноухий. – Или она думала, что изнеженный домашний котик выживет в суровом мире людей, машин, собак и плохой погоды? Хорошо, хоть сейчас не зима – на морозе бы ты и часа не вытерпел. А может, она думала, что тебя сразу подберёт другой очень добрый человек и возьмёт к себе?
– Я не знаю, о чём она думала, – пробормотал я, опустив голову.
– Знакомая ситуация! – зевнул дворовой кот.
– Да нет, моя хозяйка – очень ответственный человек!
– Скорее, безответственный! – Одноухий прищурил глаза. – Как и большинство из них. Обманщики!
– Из кого, из них? – не понял я.
– Из людей, – сказал дворовой кот и начал вылизывать хвост.
– А как же бабушка у подъезда, которая вас кормит? – я даже вскочил от возбуждения. – Она тоже обманщица?
Одноухий задумался. Он уже долго жил на улице, давно составил мнение обо всех людях. Бабушка же кормила бездомных котов каждый день который год. Гладила малышей и ласково разговаривала. Как-то выпадала эта бабушка из его философии.
«Нет, не все люди обманщики», – подумал я.
Позади раздалось странное шипение. Сначала негромкое, потом всё сильнее, с посвистыванием.
Одноухий напрягся и резко отпрыгнул в сторону. А я крутил головой, не понимая, что происходит. В этот момент из ближайшей горячей трубы брызнула струя. Кипяток тут же попал на мой хвост и лапу.
– Мя-я-я-у! – крикнул я и тоже, хоть и поздно, отскочил в сторону.
– Опять трубу прорвало! – почесался Одноухий. – Бежим на улицу.
Один мощный прыжок – и дворовой кот скрылся в окне. Я тоже с трудом подпрыгнул и вывалился во двор.
– Обварился? – сочувственно спросил новый друг.
В свете заходящего солнца моя шуба казалась свалявшимся уличным ковриком. Под мокрой шерстью виднелось красное пятно ожога, а лапа горела.
Мимо промчалась пара бездомных котов.
– Спасайтесь! Облава!
Я лизнул больное место и спросил:
– Что это ещё?
– А ты думал – в сказку попал? Ещё с догхантерами не встречался, – нахмурился Одноухий.
– Догхантер – зверь?
– Не-е-е, звери так не поступают, только люди. Они прикидываются добренькими, а сами кладут в еду отраву и дают бездомным собакам и кошкам. И всё, нет тебя.
– Зачем они это делают? – спросил я, на мгновение забыв про боль.
– Лучше тебе этого не знать, – вздохнул Одноухий. – А то совсем веру в людей потеряешь. Как я.
– Вот они! – раздался негромкий человеческий голос. – Подходи справа.
– Всё из-за тебя, домашний! – обозлился Одноухий и стремглав бросился в ближайшие кусты.
А я снова вжался в землю и закрыл глаза. Потому что прямо надо мной нависла сетка, и весь мир исчез.
Я открыл кастрюлю – там сидел кот. Большой, серый, пушистый. Я закрыл крышку и снова открыл. Кот никуда не делся и продолжал смотреть на меня своими жёлтыми глазами.
– Привет! – сказал я скорее от неожиданности.
– Привет! – ответил кот.
Ух ты! Говорящий кот! Я чуть не выронил из руки крышку. Помолчал, потом представился:
– Меня Ваня зовут! А ты кто?
