– Конечно, – кивнула женщина. – У нас всегда жили коты и кошки, дети любят. Но недавно кот вывалился из окна и разбился.
– На каком этаже вы живёте? – всплеснула руками Оля.
– На одиннадцатом.
– А сетки на окнах стоят? – пытала незнакомку волонтёр.
– Конечно, комары хоть изредка, но долетают до нас.
– Какие комары? Сетки антивандальные. Их ещё называют «антикошка».
– А зачем нам сетка? Нам кот нужен. Только какой-нибудь спокойный. А лучше – кошка! Говорят, они чистоплотнее котов.
Клеопатра уже вовсю тёрлась об её ноги.
– Это кошечка? Милая! Но я бы хотела другого цвета.
Оля покачала головой:
– Думаю, нам нужно поговорить! Мне кажется, вы ещё не очень готовы кого-либо взять.
– Хотите сказать, что не отдадите мне кошку? – удивилась женщина.
– Скорее всего, да! – твёрдо произнесла Оля.
– Разве здесь им живётся лучше?
– Нет, конечно. Дом и любящий хозяин – это самое замечательное, что может случиться с котом или кошкой. Но не только любящий. А ещё и ответственный. Мне кажется, вам стоит подумать.
И волонтёр решительно открыла дверь, выпуская гостью.
– Разве важно, какого цвета друг? – удивлённо спросил Марсик, когда люди ушли.
– А я бы пошла с ней! – Клеопатра запрыгнула на второй этаж кровати и задумчиво посмотрела в окно.
– Ну да, – философски заметил Степан. – Лететь с одиннадцатого этажа так романтично!
Марсик грустно запустил лапой мячик и случайно попал в Василия. Тот развернулся и посмотрел на сородичей:
– Как на рынке картошку выбирала! Эх вы!
– Ну, а как же понравиться-то? – посмотрел на него Марсик, нагнув голову, словно извиняясь за мяч. – Очень домой хочется!
Со второго этажа кровати раздался шорох, и все посмотрели наверх.
– Твой человек тебя сразу узнает! – произнёс Рыжий.
Он, как всегда, зорко взирал на своих сородичей.
Василий промолчал и отвернулся к стене.
Через день снова пришла Оля. У неё на руках была белая кошечка.
– Принимайте Серую Шейку! – спустила она новую жиличку на пол. – Девочка, конечно, не вполне оправилась, но, может, с вами дело пойдёт быстрее.
«Они назвали её Серой Шейкой! – ликовал я. – Какая Оля молодец!»
Кошечка испуганно спрятала под себя хвост и прижалась к полу. Я узнал её сразу, вместе с ней мы приехали в приют. Посмотрел на Рыжего, можно ли подойти к новенькой. Тот благосклонно прикрыл глаза.
– Привет! – я ткнулся в кошечку носом и дал понюхать себя. – Ты меня помнишь?
Сородичи, постоянно принюхиваясь, стали с любопытством подходить ближе.
Серая Шейка напряжённо задышала.
– Не бойся, – успокаивал я её. – Здесь тебя никто не тронет.
Коты обнюхали новенькую и деликатно отошли.
– Пойдём, – боднул я кошечку, – отдохнёшь в моём домике.
Серая Шейка лизнула меня в нос и стала устраиваться в новом жилище.
– Ты уступил ей свой домик? – удивилась Клеопатра.
– Конечно. – Я прыгнул на кровать к трёхцветной кошечке и, опустив усы, растянулся рядом.
– Почему?
– Так надо, – сказал я и закрыл глаза.
Дни бежали своей чередой. Серая Шейка всё время тяжело дышала. Но уже никого не боялась и даже выходила навстречу Оле, смело подставив спину и хвост под ласковую руку волонтёра. А ещё рассказала мне про себя.
Серая Шейка всегда была домашней кошкой. Хозяева души в ней не чаяли. Но вот затеяли они переезд в другой город. Собрали и отправили вещи, а сами поехали на железнодорожный вокзал. Серой Шейке было тревожно, и она стала мяукать. Хозяйка пожалела и достала её из переноски. А тут как раз подошёл поезд. Шейка так испугалась шума, что вырвалась из хозяйских рук и побежала куда глаза глядят. Бежала, бежала, потом забилась под какие-то трубы и сидела, пока не стемнело. Так она и стала жить на улице. Со временем прибилась к стае уличных котов: вместе спокойнее. Зиму они пережидали в подвале многоквартирного дома, питались на помойке. Всё было терпимо до того момента, пока в сильный мороз какой-то прохожий не облил её из бутылки водой – смеха ради. Сушилась и отогревалась Серая Шейка у трубы в подвале. Но с тех пор чувствовала себя всё хуже и хуже. Вроде и лето пришло, тепло, а дышать так тяжело. Как-то раз Серая Шейка вылезла из подвала погреться. А тут случился отлов.
– Всё к лучшему! – успокаивал её я. – Доктор Олег тебя вылечит!
Серая Шейка в ответ только сильнее прижималась к моему боку и начинала дышать чуть легче.
Долго молчали и другие сородичи, слушавшие её рассказ. Давящая тишина, словно туман, обволокла нас.
Первым не выдержал Марсик – начал катать мяч. И всё ближе и ближе к Василию. Одноглазый кот был старым и почти слепым. Он часто ворчал на всех. Но бывали моменты, когда на него накатывали воспоминания, и он рассказывал про свою молодость, про жизнь на улице. А ещё учил несмышлёныша Марсика.
– Дед, – молодой кот поддал лапой мяч. – А расскажи про людей!
– Отстань! – зевнул тот.
– Ты как-то говорил, – продолжал уже носом водить мяч Марсик, – у них есть легенда. О том, что животные – ну, коты, конечно, – чувствуют своего человека. Да и Рыжий постоянно нам об этом твердит. О том, что доброго человека от злого мы всегда отличим. А вот как? Научи! По запаху, да? Дед, а как добрые пахнут?
