Снова бросив взгляд на радар, Джонсон удивленно застыл, отметка на экране визуально растворялась, меняя в сторону уменьшения линейные размеры и за пару минут сошла на нет.
— Это куда они делись? Улетучились что-ли? — растерялся рулевой, увлеченно наблюдавший вместе с Джонсоном за радаром.
— Тупень ты Билл, углубились они!
Рулевой продолжал тупить, открыв рот, глядя во все глаза на капитана.
— Подводная лодка это была, понял, — снисходительно посмотрел капитан на рулевого, — вызывай патруль. Предполагаю, нам ночка веселая предстоит, не зря рядом патрульный катер ошивался, ох не зря! Чуяли они подвох, только вот прихватить наших пассажиров было не на чем. А теперь лови их в открытом океане!
— Евгений Иванович здравствуйте!
— Здравия желаю, Борис Николаевич! — бодро отозвался главнокомандующий Вооруженными Силами Российской Федерации, у меня аж в ухе зазвенело от баса Шапошникова.
Немного отставив наушник трубки от уха, я прочувствованно похвалил маршала:
— Благодарю Евгений Иванович, за отличную организацию планирования и проведения совместной со службой безопасности операции "Пенек".
— Мне ГРУ докладывает, что наша операция поставила на уши всю береговую патрульную службу и Третий Флот США. Плевок в душу они получили знатный. До сих пор утюжат Тихий океан от Австралии до Камчатки, в поисках нашей субмарины. — Весело ответил маршал.
Вот такие они военные, только дай поиграться, за уши не оттащишь!
— А где она кстати?
— Мы пошли другим путем, обогнули Южную Америку и вверх по Атлантике, мимо Исландии в Мурманск.
— Ого, бешеной собаке сто верст не крюк!
— Ничего пусть экипаж потренируется в реальном походе, все не возле причала болтаться!
— Евгений Иванович, у меня претензия, я Бурлакову обещал оградить его от назойливого внимания и проверок, и вам такую задачу ставил. Мне минфин вчера доложил, что количество проверок только увеличилось. На командировочные запрашивают валюты в сумме четверти от потребностей группы войск на жизнедеятельность. Это как понять? Я смотрю генштабу делать нечего, работы мало. Я валюту не рисую.
Направьте их с проверкой по всем частям Закавказского и Северокавказского округов, пусть хоть не вылезают оттуда. Рублей я им напечатаю. Но чтобы вооружение и технику вывели в целости и сохранности и самое главное людей не потеряли! — жестко припечатал я, — закрепите за каждой воинской частью персонально ответственного офицера генерального штаба по организации и контролю за выводом войск.
— Будет сделано Борис Николаевич, каюсь мое упущение, — повинился министр, — все проверки уже были запланированы в службах и отделах штаба, а мои архаровцы только вчера директиву по уточнению плана проверок на этот год подготовили.
— Это хорошо, что подготовили, проверьте лично, чтобы основные усилия проверяющих сосредоточились на этих двух округах, про Германию пусть пока забудут, — настоял я на своем, — работайте и до свидания.
Я положил увесистую трубку телефона правительственной связи на место и задумчиво поскреб пальцем герб СССР, наклеенный на корпус телефона.
"Уже месяц нет тебя родимого, а символ еще и меня переживет, принципиально менять не буду!"
Конец субботы, время уже одиннадцать вечера, что-то я устал сегодня, пойти прилечь в моей квартирке что-ли, какая-то апатия наступает, переработал наверно. В приемной шебуршатся охранники, тоже бдят бедняги, меня караулят. Или охраняют?
Целый день с утра до вечера встречи, совещания, поездки. Только часов в восемь можно сесть спокойно подумать поработать с документами. Вот и работаю, первые две недели на дом работу брал, Наина скрипела, гоняла по кабинету: "Отдыхать надо".
Теперь вот уже две недели в своей квартире в Кремле отдыхаю. Смешно сказать, даже и не знал, что у меня тут такие шикарные апартаменты. Не хуже чем у Буша в Белом доме. Только его семья живет в Белом доме, а мою в Кремль не затащишь, облюбовали дачу в Барвихе.
Не успел Горбачев съехать как они туда умчались обживаться. Неисправимая тяга россиян к дачам. Кровь что-ли крестьянская тянет к земле. Генетическая память наверно. Ведь совсем недавно по историческим меркам — семьдесят лет назад в России было девяносто процентов населения крестьяне, остальных десять процентов поедателей рябчиков с ананасами и интеллигенции частично разогнали и перестреляли в гражданскую.
Правда таких дач как строили советским чиновникам в Горках или Барвихе нашим крестьянам не видать как своих ушей. Куда-бы их деть все эти дачи? Продать некому, таких буржуев еще не наросло. Хоть бульдозером сноси, чтобы не развращать госчиновников и выполнить законы по доступу к воде — пятьдесят метров. А что? Надо сносить показательно, если есть нарушения закона, отодвигать заборы где есть возможность, переселять тех кто построился до принятия такого норматива.
Зазвонил прямой телефон Кремлевского коммутатора.
"И кому я в такое время нужен? Разве, что Камчатке с Чукоткой, у них уже девять часов утра. Воскресенье однако".
