— Даже тиран Сталин и тот издал закон, что дети за грехи отцов не отвечают. А вы предлагаете лишить всего имущества, жилья не только жену или мужа, но и ближайших родственников. На святое замахнулись! На детей!
И ладно бы только на ваших держиморд, прости господи замахнулись, но вы предлагаете распространить свою тиранию на соль нашей земли, законно избранных народных представителей — депутатов! Загнобить глав сел и городов, республик и областей, всех госслужащих — не успокаивалась защитница сирых и убогих, — вам тюрем не хватит, вы так пол страны пересажаете, а вторую половину на улицу выгоните.
Ухватив с трибуны бутылку сельтерской, Новохатская наполнила стакан, торопливо выхлебала половину и победоносно оглядела зал с трибуны.
— Последнее предложение, — гнусно ухмыльнувшись, ткнула в меня пальцем мадам, — отдает ярым просоветским прошлым, от которого мы с таким трудом отмежевались. Вы только вдумайтесь! Садить за решетку невиновных больных людей, принудительно их лечить!
В цивилизованных странах наоборот легализуют легкие наркотики, чтобы у граждан была возможность отказаться от тяжелых наркотиков, была возможность соскочить с иглы. А предложение законодательно ограничить права гомосексуалистов и бисексуалов? Нас распнут на западе, где их уравняли во всех правах, разрешены браки, усыновления детей гомосексуальными семьями.
Покрасовавшись в риторике, извергая словесный понос в течение отведенного регламентом времени, Новохатская после третьего напоминания Хасбулатова освободила трибуну и направилась на свое место, потрясая рукой,победно оглядываясь, на бедного посрамленного меня.
— Мадам правозащитница, увы, — взял я ответное слово, — также не ознакомилась со справочным материалом. Из тридцати одной статьи уголовного кодекса смертная казнь в мирное время оставлена только за преступления связанные с: предумышленным, заранее спланированным убийством, серийными убийствами и изнасилованиями, изнасилованием несовершеннолетних, терроризмом, повлекшим смерть людей.
Добавлена только одна статья о смертной казни за изготовление, хранение и транспортировку наркотиков в крупных размерах — более тридцати доз. Это недельная потребность наркомана стоимостью в пять раз превышающая среднемесячный уровень жизни в стране. Удовлетворяет наркоман эту потребность грабежами, воровством и кражами и пресечение таких способов заработка первейшая обязанность государства.
И самое главное новшество — предложены меры к повышению ответственности за незаконные действия правоохранительных органов — на что упирала госпожа Новохатская в своем выступлении, — смертная казнь за преступное неисполнение своих обязанностей или предумышленные действия, совершенные сотрудниками правоохранительных органов, прокуратуры и суда, повлекшие осуждение, смерть или тяжкий вред здоровью невиновных граждан.
А про тридцать тысяч за тридцать лет скажу, что кладбище погибших от действий небольшой части этих тридцати тысяч превышает численность населения Ярославля, а если посчитать количество инвалидов, разрушенных судеб, психических травм, то уже будет поближе к Красноярску!
Если вор, казнокрад украли, чиновник взял взятку, то они должны вернуть незаконно нажитое в полном объеме, для чего и предлагаются меры по конфискации имущества. Или кто-то наивно думает, что жены и дети, их родители не догадываются, откуда у их мужей, пап и детей трехэтажные коттеджи и по три машины в гараже?
Думаете, жена не знает сколько муж получает зарплаты и не может соотнести с расходами семьи? Не она ли пилит и пинает своего благоверного на "трудовые подвиги". Я бы еще солидный штраф добавил плюсом к конфискации за то, что их семьи не один год катались как сыр в масле на незаконные доходы, на те деньги, которые они украли у других.
Я сделал паузу и уничижительно добавил:
— Так что не надо вещать про слезинку ребенка и пятьсот мильенов невинно убиенных, уважаемая правозащитница. Защищайте права честных граждан, вместо продажных адвокатов, а уголовники своих прав должны быть лишены или ограничены, в зависимости от тяжести преступления.
— Регламент, господин Ельцин, — попытался прервать меня Хасбулатов. Но я закусил удила и продолжал гвоздить.
— Как же вас, правозащитников и правдорубцев тянет назвать гражданами убийц, воров, наркопреступников, взяточников, мошенников и растлителей несовершеннолетних! — возмущенно воскликнул я, — совершая свои преступления они поставили себя вне или над нашим обществом, противопоставили себя закону и конституции в том числе.
Я с такими гражданами не желаю находиться в одном обществе, да и вы уверен, в большинстве своем тоже, ну может быть за исключением взяточников и коррупционеров. Прежде чем вернуться в общество и восстановить свои права, преступники должны искупить свои преступления сроком наказания, возмещением ущерба, трудом на благо общества и не должно быть никакой давности срока. Пока преступник не ответил по закону, он является преступником! Не должно быть, ни каких вилок в сроках наказания за конкретные преступления.
