— Я думаю, октября и декабря ждать не стоит, — подал голос госсекретарь, — дождемся урагана "Эндрю" и если все подтвердится, будем срочно принимать соответствующие меры, а пока, я думаю, каждый из нас внимательно поработает с информацией, содержащейся в книге. А насчет октябрьской авиакатастрофы… если уж евреи вычитали про индийский клад и пытались обскакать МИ-6, неужели вы думаете, что они не предпримут мер к предупреждению теракта?
—Самое интригующее, господа, как вы думаете, что? — не удержавшись, подал голос Гринспен и негромким, таинственным шепотом, театрально кривляясь, произнес:
— Продолжение следует!....
Глава 22 Маски сброшены
Вот и сентябрь на носу. Уже почти год как я президенствую в одно лицо. Все остальные лица рулят в своих огрызках бывшей империи.Тону в делах как в паутине. Мотаюсь по всей стране как в жопу ужаленный индюк. Снимаю с должностей одних, на их место назначаю других, первых замов или вторых или просто клич кидаю: "Кто если не ты? Отзовись народный герой, Родина мать ждет своих сыновей".
Это я так стебаюсь над своими наивными мечтами разогнать бездарей и лодырей, перепрофилировать нахлебников и пересажать воров, взяточников и другую уголовную шушеру, перестрелять коррупционеров, маньяков и прочую гнусь, двинуть вперед стройки и технический прогресс семимильными шагами….
Ведь было в нашей истории, было — и прогресс и герои. Куда все делось? Героев катастрофически не хватает. Все и всяк озабочены лишь одним: иметь побольше, делать поменьше или вообще ничего не делать, но все равно иметь.
Деньги народ, по святой совковской уравнительной привычке, дарованной Великим Октябрем, по прежнему желает получать, а не зарабатывать.
Руководители предприятий ждут животворящего пинка, плана, госзаказа, кредитов на халяву и ничего не желают делать по перепрофилированию производства, в первую очередь военной продукции, которую в той или иной мере выпускает семьдесят процентов всех заводов и организаций страны.
Рабочим тоже ничего не надо. Кому надо денег те уже свалили на вольные хлеба — калымить или челночить. За год состоялось более шести тысяч забастовок, приняло в них участие, смешно сказать, триста тысяч человек! Остальные даже если и не довольны жизнью, молча сидят-работают — как мышь под веником, часть находится в отпусках без содержания. Все вместе требуют роста зарплат, пособий по безработице, льгот на коммунальные услуги, свободного отпуска водки….
"А в две тысяча семнадцатом году…. Состоялась в России, аж, одна забастовка!" — прорезался внутренний голос.
"Я думал, шизофрения меня уже покинула. Ан нет, подсознание в лице второго я опять подкинуло дровишек в топку".
"Да я такой, радуйся пока я есть, хрен ты от меня отвяжешься!" — самодовольно ответила шиза.
Я покатал ручку по столу и снова предался грустным размышлизмам.
Работать никто не хочет, на строительство железных и автодорог приходится китайцев эшелонами завозить, в подпольных цехах шьют фирменные тряпки вьетнамцы и корейцы, на стройках гастрабайтерит вся средняя Азия.
Лепота…
Я думал примем нормальные законы, заживем как на загнивающем западе, бизнес попрет со страшной силой, фермеры завалят колхозные рынки сельхозпродукцией, танковые заводы настругают для них тракторов и сеялок с веялками. Проектов законов в Верховный Совет наготовил, изменений в старые, где не успевал накропал.
Новые Законы Съезду всенародно избранных не нужны, рихтуют по чуть-чуть прежние, для видимости, без которых уж совсем никак.Новые строчат только на злобу дня, чтобы уважить свои нарождающиеся бизнес-интересы.
Прет только торговля. Из десяти вновь открытых малых предприятий — девять торговли. Вроде торговать в стране уже давным давно нечем, а ты ж поди!
Предприниматели и бизнесмены в надежде получить льготы, освобождение от налогов, все сплошь и рядом производственники и труженики. Причем видов деятельности наоткрывают по два десятка, но одной строчечкой втиснут торговлю, и только ей — близкой и любимой сердцу занимаются, создавая цепочки по десятку-другому посредников между редкими, оставшимися в живых отечественными товаропроизводителями, зарубежными поставщиками и конечными потребителями. Давишь, давишь этих посредников, новые появляются в два раза быстрее.
Часть народа, далекая от этой радости жизни, подзуживаемая коммунистами и либералами винит в росте цен правительство, а снижения, увы, не предвидится. Товаров шибко не прибыло, так, остатки разворовать и растащить не даю, при всеобщем народном стремлении.
Народ, который я раньше, по наивности или глупости, видел единым монолитом, народом с большой буквы, Народом победителем и в какой-то мере строителем коммунизма на самом деле состоит из десятков слоев и прослоек со своими интересами, которые с моими — по строительству страны, никак не пересекаются. И все интересы как-то взаимно учитываются, пересекаются и приходят к общественному консенсусу.
