– Вот именно об этом и следует думать. Ты станешь спасать его трон? И при каких условиях? Признание? Слава? Честь? Или только власть?
– Ты спрашиваешь, чего бы я хотел? Или что я потребую? Потому что это очень и очень разные вещи. Начну с того, что я вообще ничего не собираюсь требовать. Требование – это уже первый шаг к противостоянию. А противостояние правящей семье империи не входит в мои планы. В остальном же – позволь сказать о том, что тебе и так очевидно. Я воевал за государя в трёх мирах империи, в двух из них выполнил задачи, которые другим оказались не по зубам, а вместо благодарности или приязни получил недоверие и обвинения. Это не могло не задеть, конечно, но разве я позволил себе выступить против его величества? Нет, и в будущем не собираюсь. Я служу империи, Орсо, а империю олицетворяет император. Я намерен действовать только на пользу империи. Если потребуется, я отойду в тень и похороню свою карьеру, всё прошлое и все прежние усилия, всё, чего достиг – я готов к этому! Но ты же не ждёшь, что мне это должно понравиться? Что я должен испытывать за это благодарность…
Бригнол болезненно хмурился.
– Я прекрасно тебя понимаю. И если государь поймёт, насколько ему нужна твоя помощь, я сумею убедить его, что открытая неблагодарность в ответ на спасение в конце концов будет угрожать трону ещё больше, чем твоя возможная измена. Только я должен знать, что ты готов… подставить плечо.
– Слишком общие фразы. На отвлечённые вопросы даются отвлечённые ответы.
– Я говорю вполне конкретно.
– Что ты предлагаешь мне, Орсо? Возглавить армию?
– Нет. Я не сумею убедить в этом его величество.
– Тогда о чём вообще говорить? Как и раньше обсуждать было нечего… Даже если ты его уломаешь, я не смогу работать совместно с человеком, который ни капли мне не доверяет.
– Он начнёт доверять, Кенред. Когда ситуация станет действительно сложной, он вспомнит, как ты вытянул империю в Бернубе и спас в Ругадиве.
– А если к тому моменту уже станет слишком поздно? Орсо, я же не творю чудес. Прости, но твой план держать меня про запас на случай окончательного краха смахивает на отличный способ действительно со мной разделаться. С хорошей гарантией.
– Кенред!
– С чем ты споришь? – Кенред тоже умел говорить тоном льда и стали. – С тем, что если государь прикажет найти верный способ меня убрать, то ты его найдёшь? Ну, брось – если ты не веришь мне, то почему я-то должен безоговорочно довериться тебе?
Бригнол надолго замолчал. Даже на его замкнутом, обычно бесстрастном лице отражались внутренние метания, и это говорило лишь о том, насколько сильно он уязвлён. Кенред не сомневался в том, что Орсо действительно испытывает к нему симпатию и ножа в кармане не прячет. Но он может вполне искренне заблуждаться. Не стоило говорить и о том, что сам правитель мог держать своего секретаря в неведении и использовать, как это говорят, «в тёмную». Императору это вполне под силу.
В конце концов, целью Бригнола было благополучие империи. На пути к этой цели он пожертвует кем угодно, даже нравящимся ему молодым аристократом. О безопасности Кенреда некому было позаботиться кроме самого Кенреда – это он уже давным-давно усвоил.
– Что ж, я тебя понимаю. Конечно, понимаю, – с трудом проговорил государственный секретарь. – Тебе не откажешь в здравомыслии, и так было всегда… А что бы ты сделал сейчас, если бы власть над армией оказалась у тебя в руках?
– Я бы форсировал расследование, разумеется, а кроме того поднял войска и начал разбивать Метрополию на области. В принципе, и так можно предположить, кто именно может планировать выступление против правящей фамилии. Если их всех блокировать сейчас, они не смогут действовать, и у короны будет время закончить расследование.
– Ты предлагаешь начать гражданскую войну из страха, что её начнёт кто-то другой?
– Не из страха. Покушение на наследника престола – достаточный повод, я считаю.
– А я так не считаю. И, полагаю, канцлер тоже. Мы не в том положении, чтоб вынимать меч.
– А император что думает?
– Его величество всегда был осторожен. Он не считает, что дело зашло так далеко.
Кенред пожал плечами.
– Боюсь, не могу согласиться. Нынешняя ситуация – из тех, в которых приходится действовать решительно… Ты ведь говорил с ним об этом?
– В любом подобном разговоре с государем на первом месте всегда стоят факты. Подтверждённые факты, сложенные в систему. А у меня не было ничего, кроме твоего мнения и предчувствий. На таком фундаменте убедительные аргументы не строят.
– Да, понимаю. Но это вновь говорит о том, что я ему не подхожу. Слишком разный взгляд на ситуацию. И так было понятно, что мы не сработаемся.
– И ты слишком молод, чтоб возглавить Генеральный штаб, – примирительно произнёс Бригнол. – Поэтому и пошёл разговор о том, что тебе стоит потрудиться заместителем его главы.
– И ты советуешь мне принять предложение? Прошу, ответь, глядя мне в глаза.
– Тебе придётся, – Взгляд Бригнола не сулил ничего хорошего. – Он настоит.
