Он довольно долго молчал, изучая её лицо и что-то обдумывая.
– Да. Уверен.
– И делиться своими умозаключениями не собираетесь.
– Кира, я думаю… – И прочно замолчал.
– Что ж. – Она отшагнула. – Ваше право. Но боюсь, если и в дальнейшем вы собираетесь решать за двоих, даже не делясь своими соображениями, добром это не кончится. Смысл семьи в том, чтоб разумно поделить ответственность, тяготы и решения. А если кто-то решает за обоих, то и в случае чего один будет виноват. А жизнь – штука длинная. И сложная. Понимаете? Вы согласны, сэр?
– Сударыня…
Она слегка склонилась перед ним и заспешила прочь, всё так же путаясь в юбке. Ей подумалось, что эта «горделивая» проходка сводит на нет весь пафос её речи. Да и соображения, что стоило бы помолчать, пришли только теперь, запоздало. Ну вот, поддалась порыву, теперь будет жалеть. Сколько же она себе твердила: сперва обдумай двадцать раз, потом действуй.
Кенред проводил её взглядом.
Он уехал куда-то в тот же день, но Кира вопросов больше не задавала. Она твёрдо решила больше не лезть на рожон. Что будет, то будет, всё равно изменить ничего нельзя. Девушка держалась тихо, покладисто, позволяла себя обряжать и вертеть, от вопросов воздерживалась. Даже из комнаты вышла только для того, чтоб пообедать с герцогиней по её приглашению, а потом уже только вечером, ближе к сумеркам – прогуляться.
За углом особняка на неё молча и решительно, с полным на то правом, вышли двое, и она даже удивиться не успела. Сперва и внимания не обратила – мало ли кто имеет право ходить здесь, под стенами тергинского особняка. Её схватили ловко, с какой-то волшебной сноровкой и лёгкостью, завернули руки и прижали так, что не смогла бы закричать, если б и захотела.
Но спустя мгновение вмешалось ещё что-то, вот тут Кира полетела в траву, чувствуя, что сильной и умелой хватки больше нет. Ошеломление оставило её спустя секунду, позже чуть-чуть отпустила боль, и, слегка очухавшись, она разглядела Крея, который взял этих двоих на прицел. Они были безоружны, либо не успели ничего повытаскивать, поэтому замерли послушно, как кролики перед удавом.
– Вон, – сквозь зубы бросил Крей.
– Это приказ герцога, – едва слышно возразил один из бойцов. Чего это он – по дыхалке получил?
– А это – Тергина, владения графа. Герцог пусть распоряжается в своих поместьях.
– Сам ему это скажешь? – прозвучало со злобой.
– Если будет нужно. Вон. Повторять не стану. – Крей прищурился и поднял оружие чуть повыше. Взял поудобнее.
Оба его противника моментально сорвались с места и пропали в вечернем полумраке. Крей проводил их прицелом, после чего опустил оружие и повернул голову к Кире.
– Сударыня – в порядке?
– Цела. – Она поднялась, не воспользовавшись его помощью, но с большим трудом. Плечи горели от боли. – Значит, это были люди герцога?
– Больше некому. Потому и отпустил. Иначе б и разговаривать не стал.
– И что бы они со мной сделали? Притопили в пруду?
– Думаю, для начала увезли бы и где-нибудь заперли. А потом, возможно, и избавились бы.
– Ничего личного, – процедила Кира. – Просто бизнес.
Крей посмотрел на неё с новым интересом. С мрачным одобрением.
– Думаю, да. – Он помолчал. – Позвольте, я провожу вас в вашу комнату, сударыня. И вызову врача, если нужно.
– Не нужно. – И слегка помассировала плечо. – Так что теперь – я всегда буду под надзором?
– Несомненно. Особенно после свадьбы, сударыня. – Крей покосился на Киру. – Если желаете, сможете потом попросить у мужа другого телохранителя.
– А он станет слушать? – криво усмехнулась молодая женщина.
– Ему видней…
– Вот именно. Так он и решит.
Надо было отдать должное Крею – в нём чувствовался настоящий солдат. Он доставил Киру в дом самым простым и верным путём, по освещённой части двора, а потом дотащил до комнаты и не оставил там одну, пока не проверил углы, двери и даже мебель. После чего дал понять, что останется под дверью, и если даме что-то будет нужно, пусть только скажет. У Киры промелькнула безумная мысль показаться ему полуодетой и посмотреть на реакцию – из чистой вредности. Но вспомнив выражение его лица, она уверилась – даже совершенно голую, он лишь укутает её и запихнёт обратно в комнату, позовёт служанку, после чего продолжит охранять. Своего господина он не предаст, иначе бы тот не оставил невесту на его попечение.
Она покачала головой, раздумывая об этом. Похоже было, что она попала, как зёрнышко между жерновов. Семейная ссора между герцогом и графом может оставить от неё одну пыль. Но выхода нет. Если попытается сбежать, будет даже хуже. Да и куда ей бежать? Если Кенред сказал правду насчёт прохода, то она замурована в этой чёртовой империи.
Так что до свадьбы Кира продолжила вести себя осторожно, из комнаты почти не выходила, делала лишь то, что ей велели, и наблюдала. Герцогиня зашла к ней лишь один раз, но разговора по душам не получилось. Её светлость говорила о наряде, а ещё немного – о церемонии, но Кира почти ничего не поняла. Её только предупредили, что можно и не знать протокола, потому что ей будут подсказывать, а где можно будет – за руку проведут.
