И до свадьбы, и в день свадьбы она всё не верила, что происходящее реально. Если она верно понимала ситуацию, её жених был безумно родовит, а она… Не мог же он всерьёз видеть в ней выгодную невесту! Что за чёрт! Зачем она ему?! Даже если бы он рассчитывал сбежать в её родной мир от каких-то местных бед, она – не та невеста, которая сможет решить его проблемы, и ясно дала ему это понять. И он наверняка понял все намёки, не дурак ведь.
В назначенный день её привезли в местный храм. Внутри было не продохнуть, люди (видимо, местные и соседи) теснились везде, но главный проход оставили свободным. По нему прошёл священник в алом, а следом за ним – Кенред, который вёл за руку Киру в длинном платье и густой кружевной вуали, и его мать-герцогиня в строгом, но безумно стильном, безупречном наряде. Кира шла осторожно, фантазируя о том, как она скажет «нет», и обдумывая, что они могут с ней сделать, если она заартачится. Например, Крей может взять её в удушающий захват.
Вообще-то боевое удушение невесты на церемонии – так себе идея. «Она сказала «да», святой отец! Вот прямо сюда, в бицепс, богом клянусь!» Кира слегка улыбнулась собственной шутке и сосредоточилась на том, как священник спрашивал, понимает ли Кенред свои обязанности супруга. Тот дал понять, что отлично понимает. Дальше по логике должен был последовать вопрос ей, но его не прозвучало.
В конечном итоге священник объявил об их браке, не обратившись к ней ни с вопросом, ни даже с каким-нибудь назиданием, после чего Кенред поднял Кирину вуаль и запечатлел на её лбу целомудренный поцелуй. Однако публика – и сама герцогиня, и местные зеваки, и гости из соседних владений – разразились такими оживлёнными овациями, словно на их глазах, вот прямо здесь, произошла не менее чем сама консуммация брака, и вообще было на что посмотреть.
После этого Кира окончательно обесчувствела и замкнулась. Она не обращала почти никакого внимания на то, что пожелают сделать с ней участники торжества: они водили её, куда им надо, ставили где надо, поворачивали и демонстрировали гостям. Гостей было довольно много (включая мэров обоих ближайших городов с семействами, каких-то крупных имперских и пару то ли военных, то ли полицейских чиновников), хотя по обмолвкам окружающих она поняла, что происходящее по своей скромности балансировало на грани недопустимости. Видимо, были какие-то правила, а может быть, даже законы, предписывавшие высшей аристократии жениться строго вот так, а не эдак, и если граф или герцог затевал сельскую свадьбу на полтора свидетеля и три с половиной гостя, брак могли попросту посчитать недействительным.
Видимо, по этой причине Кенред наприглашал на церемонию всех сколько-нибудь значимых людей округи в надежде, должно быть, что приедет хоть кто-нибудь. Приехали все, и с удовольствием. Ещё ситуацию определённо спасало присутствие герцогини, которая держалась просто безупречно, очень ласково и радушно ко всем. Даже радостно.
Кира за праздничным столом так почти ни к чему и не притронулась. Её радовало, что традиции орать «горько» и публично целоваться раз за разом в этом мире, похоже, не существовало. На новобрачную никто не обращал внимания.
Через время общее застолье превратилось в фуршет, народ расползся по кучкам и начал обсуждать свои дела. Кира осталась за столом. Она крошила лепёшку, которую подали ко второй перемене, и выкладывала крошки правильной геометрической фигурой, жалея, что ей в руки не попалась охапка зубочисток или спичек. Можно было бы построить что-нибудь из них. Было бы интереснее.
Прошуршав платьем, подошла герцогиня, присела рядом со снохой, дежурно улыбнулась, а потом сразу же показала, насколько она обеспокоена:
– Ты плохо себя чувствуешь?
– Нет, спасибо. Всё в порядке.
– Если хочешь, то можешь подняться к себе: прилечь, отдохнуть.
– Наверное, так действительно лучше. – Кира стряхнула с ладони крошки. – Не буду мешать.
– Девочка моя… Обижаться – контрпродуктивно. Если ты скажешь, что тебя оскорбило и не даёт покоя, можно попытаться разрешить затруднение.
Кира вполне поняла намёк и добродушно улыбнулась.
– Да всё хорошо, уверяю вас. Просто не представляю, что мне тут делать. Была бы в курсе местных проблем, смогла бы обсудить вороватость чиновников или необходимость возведения новой детской площадки. А так… О чём мне говорить с этими людьми? О погоде?.. Да что там – я не представляю даже, чем мне теперь заниматься! Это напрягает больше, чем отсутствие тем для разговора.
– Чем заниматься? Осваивайся в новом для тебя мире и в новом качестве. Положение представительницы сословия воинов накладывает на тебя определённые обязанности и ограничения, с ними нужно будет познакомиться. Узнаешь также свои права. Кроме того, ты освоишь наши правила этикета и управления домом, обращения с прислугой и с людьми твоего мужа, которых тебе придётся время от времени принимать. Поверь – учёба предстоит долгая, насыщенная, но интересная. А после того, как ты всё это узнаешь, сможешь делать почти что угодно в разумных пределах.
