Протиснувшись в маленькую дверцу, ворон поскакал вперёд. А мы остались в ожидании неизвестности ждать его. Я передал огонь Вере. Она осторожно держала его на ладонях. А мы, вооруженные секирами, всматривались вперёд, в стремительно меняющуюся структуру песочных стен, за которыми разносился подозрительный рокот, отдававший вибрацией по земле так, что песчинки под ногами, взлетали в воздух.
— К нам кто-то идёт, — прошептал Миха, пристально всматриваясь вперёд, держа секиру наготове.
— Помогите мне… — раздался голос Джона, что мы от неожиданности переглянулись.
— Не может быть. Он погиб в той пещере, — вырвалось у Мишки.
— Я здесь. Мне больно. Миша, Катя! Почему вы не можете мне помочь? Я здесь, слышите? — раздался вновь его голос.
— Не ведитесь, — предостерёг я друзей, что уже повелись, судя по их выражениям лиц.
— А-а-а! Как больно мне! — стонал якобы Джон, вызывая приступ совести у друзей, что поджав губы, смотрели друг на друга.
— Может, это и вправду он, — прошептала Катя.
— Ага, как и в прошлый раз? — опомнился Лысый.
— Вы мне больше не друзья! Слышите?! — послышался истошный крик Джона, что разлетелся странным эхом нам в уши, хлопая по перепонкам.
Было неприятно, но терпимо.
— Мне нужен муж, — послышался голос болотной старухи. — Раз, два, три, четыре, пять, я иду его искать! Кто не спрятался, я не виновата! А-ха-ха!
Откуда ни возьмись, перед нами из песка выросла фигура Оадзь, что шустро протянув слизкие лапы к Лысому, едва не утащила его. Миха успел среагировать, не раздумывая влупив ей секирой по башке. И та рассыпалась на мелкие частицы.
— Сука ты! — набросился на Катю, из-под земли выросший Джон, схватив её за шею цепкими руками.
Мы бросились его хреначить так, чтобы не поранить Катю. И он так же рассыпался, когда Миха зажал его за шею секирой, обхватив из-за спины, а я прицелился для удара по рукам.
Эти песочные фантомы были опасны, не смотря на простоту их обезвреживания. Мы уже не реагировали на них с той остротой, что присутствовала при первых фантомах. Теперь было ясно, что имел в виду Рыг. Этого не стоило бояться, но точно быть начеку. За неизвестно сколько времени, как в сказках говорят фразой — «долго ли, коротко ли», мы уничтожили порядка сотни фантомов. Многие из них повторялись.
— Я расстроен, — прозвучал очередной раз голос Джона, что уже не нападал, а вышел из-за угла и опёрся об стену, что-то подбрасывая в руке.
— Подойди, и я снесу твою башку, — процедил я.
— Злой ты, Егор. Вере нужен любящий муж, а ребенку, добрый отец. Ты не подходишь на эту роль! — сказал он, а затем широко раскрыл рот, что тот начал проваливаться до самого пола.
— Сгинь! — крикнула Катя, но голова Джона начала раздуваться, расширяться, а рот, точно движущаяся пещера, приближался к нам, грозясь проглотить.
— М-м-м, блядь! — замычал Мишка, вжимаясь в стену, закрывая собой Катю.
— Не ссыте! — закричал Лысый, замахиваясь секирой на огромную башку, из которой вывалился длинный язык.
Хрясь! И нет языка. Но, за ним появился другой, а потом третий…
Языки из пасти фантома, точно головы гидры, множились после того, как мы их отрубали. Силы наши были на исходе. Руки еле поднимали оружие. И злобный смех фантома говорил о том, что нас ждёт ещё то веселье. Мерзкий хохот разносился с такой силой, что поднимал песок с пола, заметая нам глаза.
— Я буду лучшей версией себя! Уж очень я люблю детей! — прогудел фантом, хохоча всё громче и громче.
— А-а-а! Егор… — закричала Вера, когда под ней провалился песок, засасывая в воронку.
Я успел схватить её за руки. Пытался удержать, но не смог. Воронка росла в диаметре, засасывая мои ноги, и я провалился следом.
В песочном вихре, пытаясь схватить жену, летел вниз, то приближаясь, то отдаляясь от неё.
— Тебе её не спасти, у-у-у-ха-ха! — разрывалась в злобном смехе песочная сущность.
— Вера!!! — орал я с такой силой, что чувствовал привкус крови в горле.
— Баба с чужим приплодом… какой ты тюфяк, Егор. Вонючий подкаблучник! Ничтожество! — продолжала насмехаться песочная сущность, хлестая меня песком со всех сторон, что казалось, облазит кожа от этих ударов, пока я продолжал лететь в пропасть.
— Заткнись!!! — орал я, понимая, что это бесполезно.
— А-ха-ха, вы посмотрите на него! Жалкий экземпляр! Ты никогда её не увидишь! НИКОГДА! — заорала песочная сущность, швырнув меня в сторону.
И я со свистом полетел в никуда, продолжая во всё горло звать жену, надеясь, что она меня слышит. Что она не одна…
— НИКОГДА! — эхом неслось за мной злобное слово, разрывая пространство.
— Егор… — еле слышно послышался её голос сквозь весь шум.
— Я тебя не отдам! Ни за что! Слышишь?! — орал я, уносясь непонятно в какую даль, но это уже было неважно.
— А-ха-ха! Каков дурак! Ну, смотри! Ты сам напросился… — насмешливо прозвучал голос песчаной сущности.
Передо мной, в слабом освещении возникла Вера, безвольно повисшая в воздухе, будто её как игрушку, нацепили на крючок. А за её спиной, во тьме показались два больших коварных глаза.
— Узри, — зловещим рокотом раздался голос сущности.
