Итак, общий итог. Семья Щербатовых отдаёт Вагриным двух верховых лошадок и ручается, что они не больны и животные будут в военном лагере до наступления темноты. С ними в нагрузку идут два седла и уздечки. Семья Вагриных за лошадей передаёт Щербатовым следующие товары. Бензин – сорок литров. Тушёнка – пятьдесят банок. Лапша быстрого приготовления – пять ящиков. Сахар – один пятидесятикилограммовый мешок. Медикаменты – один сборный ящик, в основном противовирусные препараты и витамины. Пистолеты ПМ – две штуки. К ним шесть магазинов и сотня патронов. Винтовки «тигр» – одна штука. К ней четыре магазина, сто пятьдесят патронов и оптический прицел. Автомат АКМС – одна штука. К нему четыре магазина, разгрузка и сто двадцать патронов. Гладкоствольные карабины «Сайга» двенадцатого калибра – две штуки. К ним три магазина, две разгрузки и двести патронов. Гранаты Ф-1 – две штуки. Гранаты РГН – две штуки. Тротил – пятьсот грамм. Бинокль – одна штука. Прапорщик Сергиенко, как посредник и гарант честности сделки, получал два китайских помповых ружья и сорок патронов двенадцатого калибра.
Андрей Иванович сначала подумал, что его хотят обжулить. Но ещё раз хорошенько подумав, он пришёл к выводу, что всё честно. Оружие в лагере есть, и боеприпасы не такая уж большая проблема. А лошади есть только у Щербатовых, да у местных, которые угнали скотину дальше в лес. Так что всех всё устроило.
И Андрей Иванович спросил Щербатову:
– Куда вам столько стволов? Вас же мало.
Женщина усмехнулась:
– Это сейчас нас немного, а к зиме работников наймём и свой посёлок поставим…
– А со скотиной расставаться не жаль?
– Жаль. Но ты попробуй сотню голов в лесу зимой прокорми. Здесь, конечно, есть поляны. Но лучшие выпасы вдоль реки, а там опасно. Вот и выходит, жалей не жалей, а стадо придётся поделить. Половину оставим, а другую половину на обмен.
Сделка состоялась, и все разошлись. Никифор Щербатов взялся перегнать лошадей на военную базу, его мать и брат, погрузив на телегу товары, отправились к себе на заимку. Прапорщик, получив стволы и патроны, поспешил вернуться на рынок. А Вагрины и Евгения, которая оставалась в микроавтобусе, поехали в расположение разведчиков.
По мнению Андрея Ивановича, день выдался неплохой. Однако в лагере их ожидал Наёмник и сообщил неприятную новость. Посланный полковником Кораблёвым разведотряд попал в засаду. Он двигался по следам их группы и, когда выбрался на трассу, оказался под огнём. В потерях БТР, два грузовика и девять солдат. Только троим опытным бойцам удалось скрыться в лесу и выйти на связь с командованием.
И это было началом неприятностей. Ближе к вечеру над лесом прошли два Ми-24 и отработали по лагерям беженцев ракетами. Базу военных лётчики пропустили или не заметили, поскольку она находилась в лесу и имела какую-то маскировку. А вот некомбатантам досталось, по самым скромным подсчётам погибло больше ста человек. Это не считая многочисленных раненых. Услышав об этом, Евгения решила немедленно проведать родителей, Иван вызвался её отвезти.
Дождевые капли проникли за шиворот плаща и соприкоснулись с кожей. Сразу стало зябко, и я вздрогнул. Сонная одурь моментально слетела, и я, поправив капюшон, посмотрел на дорогу. Пусто. Никого нет. Ни машин, ни людей, ни животных. Только мокрый гравий и лужи.
«Глухомань», – промелькнула мысль.
Я устроился поудобней, закрыл глаза и увидел перед мысленным взором девушку. Незнакомка. Я никогда её не встречал, это был собирательный образ. Что-то от моей первой девушки, одноклассницы Ирочки. Немного от Светланы. И небольшая часть от Женьки, которая осталась в военном лагере под присмотром Людмилы. Я до сих пор не мог ответить на простой вопрос: зачем я с ней связался. Вроде бы всё понятно. Молодой, гормоны играют. Поэтому снял девушку и даже, словно заправский ухажёр, после авианалёта свозил её к родителям, помог им, выделил продукты и медикаменты. А затем мы переспали. И что дальше? Любви нет. Жениться не заставляют. Ухаживать за ней не надо. Плату она получила. Так что, по всем понятиям, следовало отвезти её обратно, где взял, или к родным, а потом отправляться в рейд. Однако я так не поступил, а определил Женьку в помощь Людмиле, которая, кстати, сначала возражала. Не хотела привыкать к новому лицу. Но я её уговорил.
Сейчас я нахожусь далеко от базы, сижу в боевом дозоре и наблюдаю за дорогой, а Женька наверняка в землянке или трудится в амбаре. И ситуация, на мой взгляд, глупая. Есть девчонка, а мне от неё кроме секса ничего не нужно. Непорядочно поступаю. А с другой стороны, чего я заморачиваюсь? Всё естественно. Пока Женька нашей группе не в тягость, а подруга нужна, и лучше, чтобы она была постоянной. Ведь неизвестно, на какой срок мы зависли в лесной общине и меньше шансов подхватить какую-нибудь венерическую болезнь вроде банального триппера или герпеса.
Тряхнув головой, я прогнал образ незнакомки, заставил себя сосредоточиться, и мысли перескочили на наш рейд…
