— Печень твоя, вот что, цирроз там, коррозии…
— Не каркай, умник…
Анатолий, один из наших жителей лабораторий и по совместительству компьютерный мастер, склонился над телом и больно щелкнул себя латексом перчатки.
— В тонусе держит, боль, — кивнул он удивленному мне. — Попробуй как-нибудь, может хоть краска к лицу вернется…
Эдик быстро помотал головой, заметив, что я открыл рот, заставляя меня заткнуться. Толя быстро осмотрел девушку, приподнял волосы, положил руки перед собой, зачем-то потряс ее голову. Я же писал. Тело молодой девушки превратилось «Жертву», залитая кровью парковка стала «местом преступления». Быстро, толково и без лишних эмоций.
— Предварительный итог — смерть от потери крови, — тихо произнес Толя. — Пусть Земля будет пухом… Парни, несите мешки!
Эдик, после одобрения Анатолия, взял в руки небольшую сумочку из черной кожи. Я видел такие, слишком дорогие для обычных людей, но слишком дешевые для светских лиц. Средний сегмент для невзрачных любовниц.
— Светлана Самойлова, девяносто восьмой год рождения, — протянул Эдуард. — Максим, знаешь ее?
— Нет, мне что, на своем участке всех девочек знать что ли нужно…
— А вот Виктор знает, а он на твоей полянке первый раз, прошу заметить…
Я тихо наблюдал за перебранкой, стараясь не смотреть на группу очистки. Два парня под руководством Толи уложили большой черный пакет и старались без потерь перенести туда жертву.
— Идиоты, кишки придерживайте, вы ими асфальт подметете, а мне потом в отчетах что писать? — Прикрикнул мужчина. — Камни в почках, песок в желудке?
— Ну Толя, давай без грубостей, — шеф посмотрел на него. — За нами наблюдают, скажут потом, что в полиции бездушные твари…
— И правы будут!
Когда тело было упаковано в водонепроницаемый мешок, место тщательно осмотрено и запечатлено, я с силой потряс рукой. Конечность словно онемела от бесконечной писанины, и я с ужасом смотрел на кое-как исчерканный блокнот. Простите, коллеги, что я на вас ругался за ваши каракули…
— Эдуард Семенович! Вы заметили, что убили ее здесь?
— Я бы тебя похвалил, не будь это так очевидно. Что еще можешь сказать?
— Ничего, кроме как принести извинения за то, как я вас материл, когда ваши заметки разгребал…
— Тогда вместе с Максом будете присутствовать на вскрытии. Для набора опыта…
— Эдуард Семенович!
— Не ныть, Максим! Все для правого дела, учи Витьку, что наша работа — это не только в монитор пялиться. — повысил голос Эдик. — Как отчет у Толи получите или он вас с лаборатории выпрет — можете гулять на сегодня, а наши парни пока, Слава и Леша, по ее истории пошуршат! Ну-ка, мальчики…
Макс нервно сглотнул и посмотрел на меня. Очевидно, после работы нам дорога только в «Мусорный».
— Какие же вы девчонки! — Ворчал Толя, неодобрительно посматривая на нас. — Бояться тут нечего, мертвая она, живых опасаться надо… Тот ублюдок, что это с ней сотворил еще по земле бродит, воздухом дышит. Вам смотреть на это надо, детали искать, а вы…
Анатолий не смог долго выдерживать пристального внимания двух зеленых следователей. После первого рвотного позыва Максима, он выдал непонятную бумажку и захлопнул дверь перед нашими лицами, явно намекая, что мы слишком долго злоупотребляли его гостеприимством.
— Ну что, Виктор, еще с нами поедешь?
— Не уверен, мне на стуле удобнее и спокойнее…
— Я бы не рассчитывал, раз Эдик тебя один раз вытащил в поле, считай, теперь ты тоже с нами мотаться будешь…
— Ты домой?
— Пропущу пару стаканчиков и спать, — зевнул Макс. — Если что, можешь со мной, хорошо помогает сбросить с себя дневной стресс и вернуть яркость румянца и эрекцию…
— Да я и не жаловался…
Макс похлопал меня по плечу и распахнул дверь, пропуская вперед. Я выходил на общие посиделки с коллегами редко, но обычно тихо наблюдал со стороны. Интересно знать, чей поток мыслей разбираешь каждый день. Макс в моем подсознании казался хамоватым и слишком быстрым. Его выводы и суждения строились на порыве, но несмотря на это оказывались правильными. Воры находились, черные риэлторы пугались, а мелкие наркоторговцы оперативно бросали свои дела. Максим много грубил и даже на бумаге не стеснялся в выражениях. Мы знакомы давно и даже можем называться друзьями, но с большой натяжкой. Хотя нет, он действительно являлся другом. Язвительным, хамоватым и беспардонным. Но сегодня он немного открылся с другой стороны.
По моему опыту — убийство в городе выбивалось из ряда обычных вещей. Казалось, что люди здесь предпочитали играть на нервах, но уж никак не резать и убивать.
— Давай, ты знаешь эту дверь! — Макс наигранно указал на яркую вывеску. — «Мусорный бак» — место, где каждый получит капельку заботы и уюта…
— Ты, кажется, писал в отчете также про один из местных борделей…
— Не юли, сам-то тут по выходным в темном углу прячешься, но сегодня мы будем на свету.
Тихий гул голосов и фоновая музыка доносилась из приоткрытой двери. Кто-то стоял и курил на крыльце, одна пара слишком преувеличенно целовалось под неоновом светом фонарей. Макс толкнул меня в бок и указал на парочку: