― А какое отношение это имеет к моему испытанию?
― Это твое испытание, ― говорит она, и мои брови взлетают вверх.
― Я должна просто сидеть здесь и смотреть, как они бьют друг друга?
Она кивает.
Я хмурюсь, и малая толика беспокойства исчезает из моей груди.
Заран выбирает немного изогнутый меч, который напоминает мне змею на спине его противника, а Хок ― дубинку с металлическими шипами, торчащими из подвешенного шара. Оружие, которое, кажется, очень подходит этому чудовищному мужчине.
Мой взгляд устремляется к другому большому шатру, где на тронах из кровавого камня восседают Оа и Оа-и, причем последняя обмахивается массивным плоским листом, продолжая кормить своего извивающегося младенца. Сол тоже там ― она сидит на троне поменьше справа от Оа.
Их общее внимание приковано к мужчинам, которые направляются в центр арены.
Ветер треплет мои волосы, превращая их в черные щупальца, но не облегчает жару. Не уменьшает напряжение, повисшее в кратере, когда Хок и Заран начинают кружить вокруг друг друга, их взгляды сосредоточены, зубы оскалены. Такое чувство, что они совершают те же самые стремительные шаги у меня в животе, в то время как гонг продолжает бить в такт ударам в груди, его звуки отдаются в моих ребрах.
Заран низко пригибается и с рычанием бросается на Хока, изогнутый клинок устремляется к его животу с такой скоростью, что у меня все сжимается.
Это не просто поединок. Они сражаются на
Зарана отбрасывает назад. Он падает на задницу и едва успевает откатиться в сторону, как Хок мощным, сокрушающим ударом опускает свою булаву на землю, а не прямо в грудь противника, и в небо взметаются тучи песка.
Я вздрагиваю, глядя, как мужчины режут, рубят, уклоняются и поворачиваются, оставляя глубокие раны на кожаных штанах и коже друг друга, забрызгивая песок красным.
Беспокойство снова охватывает мою грудь, стягивая ее все сильнее.
Все туже.
― Я не понимаю. Какое отношение это имеет ко мне?
Приподняв одну бровь, Саиза бросает на меня озадаченный взгляд.
― Все, Холу. Они сражаются за тебя.
Мое сердце почти останавливается, я задыхаюсь.
― Они сражаются насмерть, чтобы
Она хмурится.
― Нет, не для того, чтобы развлечь.
― Тогда почему…
― Это Испытание Тука, ― говорит она, пытаясь заправить прядь моих непослушных волос за заостренное ухо. Другой рукой она показывает на мужчин, которые сейчас сцепились на песке, мутузя друг друга кулаками. От их яростных ударов брызжет еще больше крови. ― Они сражаются за великую честь быть связанными с тобой. Построить жизнь и произвести на свет потомство с Холу ― это величайшая честь, о которой только можно мечтать. Если ты навсегда прикрепишь луны к небу, это обеспечит будущее потомкам всего клана Джокулл, и их потомкам, и их потомкам. Обеспечить такой мир ― великая привилегия.
Ее слова пронзают меня постепенно, рассекая кожу, сухожилия и кости быстрыми ледяными ударами…
Хок использует собственный клинок Зарана, чтобы перерубить шею противника короткими резкими движениями, почти отсекая ему голову. Затем он просто отрывает ее от его неподвижного тела, распростертого на песке, и мои легкие лишаются воздуха. Словно Клод только что выкачала его из меня.
Присев на корточки над безжизненным трупом, как хищный зверь, Хок сжимает в кулаке слипшиеся от крови волосы Зарана и поднимает его голову, словно трофей, с триумфальным ревом потрясая ею ― кровь хлещет из кровавой раны.
Толпа ревет, мужчины бьют себя кулаками в грудь, гонг звучит в ритм с моим бешеным сердцебиением.
Хок смотрит на меня, и все тепло покидает мое тело, а в груди вспыхивает сильное беспокойство.
― Хок ― твой победитель, ― бормочет Саиза мне в ухо, и мои мысли путаются, как клубок колючих нитей. ― Тебе повезло. Не считая роскра и Оа, он наш сильнейший боец. Сейчас будет большой праздник, после чего он проводит тебя в свой шатер и покажет шкуры убитых им животных, на которых вы, надеюсь, сделаете много сильных сыновей и дочерей в грядущих циклах, когда ваша связь станет крепкой.
Тяжесть оседает на груди и животе, заставляя меня чувствовать себя раздавленной, но при этом такой невероятно…
Не в силах набрать в легкие побольше воздуха, я бросаю взгляд на судьбоносца, который теперь почти полностью скрылся из виду. Он так близок к тому, чтобы стать невидимым, что я уверена, что могла бы просунуть руку прямо сквозь него.
Я не удивлена, что он прячется. Ему должно быть чертовски стыдно.
Я как раз собираюсь сказать ему об этом, когда Хок выходит вперед, поднимая песок своими стремительными шагами. Он швыряет голову Зарана на землю перед моим возвышением.
Я задыхаюсь, взгляд падает на обмякшее лицо мужчины. На кровавое месиво из тканей, сухожилий и костей.
Кровь растекается по песку.
