Его движения становятся сильнее и беспорядочнее, говоря о том, что он близок к концу. Я осторожно обхватываю его мошонку свободной рукой, и он кончает.
– Черт возьми, Стейси.
Он крепче вцепляется в мои волосы, и я проглатываю все, что он мне дает, аккуратно вытирая уголок рта.
– Я по-прежнему негодница. Причем нетерпеливая.
Он смеется, и этот смех очень странно действует на меня. На его щеках горит румянец, глаза блестят. Нейтан такой красавец.
– Ты невероятен.
Нейтан поднимает меня на ноги и тянет бретельку платья.
– Это надо снять.
– И кто тут сейчас командует?
Я поворачиваюсь спиной, чтобы он расстегнул молнию. Он прижимает губы к моему плечу и покрывает кожу поцелуями, пока стягивает бретельки. Платье падает к моим ногам.
Все мое тело гудит от необузданной энергии. Он так медленно, целенаправленно мучает меня, оттягивая неизбежное удовольствие. Стоя сзади, он накрывает ладонями мои груди и пощипывает соски, а я инстинктивно трусь о него задницей.
– Попроси меня хорошо, – шепчет он мне на ухо, – и я займусь тобой как следует.
Чем чаще Нейт говорит попросить его хорошо, тем сильнее мне хочется послать его подальше. Я убираю с себя его руки и заползаю на середину кровати, укладываясь на подушках. Его колени тоже падают на кровать, но я тут же упираюсь в мускулистую грудь ступнёй.
– Стой там.
Он смотрит с недоумением и любопытством, но отходит куда я попросила. Запускаю пальцы под резинку трусиков и спускаю их с ног.
Он расширяет глаза, когда понимает, что я делаю, и хватается за спинку кровати. Я раздвигаю пошире ноги, чтобы он видел, какая я влажная и как медленно засовываю в себя два пальца.
– М-м-м, Нейтан…
В комнате слышны только влажные звуки, мои вскрики, стоны и изредка «о боже» от Нейта.
Его член опять гордо стоит. Я медленно поглаживаю набухший клитор и продолжаю работать пальцами. Нейт завороженно наблюдает, готовый взорваться.
Наверное, это оттого, как я со стоном произношу его имя и выгибаю спину.
– Попроси хорошо, – дразню я. – И я позволю трахнуть меня.
– Какая ты коварная, Стейс, – ворчит он, потирая рукой лицо. – Дай мне доставить тебе удовольствие.
Он достает из выдвижного ящика презерватив, разрывает упаковку и натягивает его на себя. Потом медленно подползает ко мне по кровати, пристраивается между моих ног и берет свободную подушку, велев мне приподнять бедра.
Я не могу сосредоточиться на том, что делаю с собой, потому что он стоит на коленях между моих ног, и его тело прекрасно, как изваяние бога с толстым и длинным членом.
– Хочешь, чтобы я тебя трахнул, Анастасия?
– Да.
Да, я хочу.
Нейтан наклоняется надо мной, одной рукой опираясь на кровать, а другой нежно обхватывая мою голову. Я просовываю между нами руку и провожу его членом по клитору, отчего мы оба вздрагиваем.
– Я буду нежным, – шепчет он и ласково трется носом об кончик моего.
Прикусываю его нижнюю губу и сразу облизываю ее языком.
– Не надо быть нежным. Трахай так, будто ненавидишь меня.
Неужели такое будет происходить каждый раз, когда мы окажемся наедине в моей комнате?
То есть я, конечно, не против, но это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Я неделями представлял, каково чувствовать Стейси под собой обнаженной. Представлял, каково будет трахать эту крошку, когда она обзывала меня «богатенькой звездой хоккея» и рассказывала, как ей глубоко наплевать на хоккей.
Следовало предвидеть, в какие проблемы я вляпаюсь. Понятия не имею, как буду из них выбираться, поскольку мое воображение оказалось бессильным предсказать, что со мной будет. Отныне для меня не существует других женщин, кроме нее, я думаю лишь о ней.
Как только Саммер подошла ко мне, я понял: Анастасию это не обрадует. Она совершенно справедливо упрекала меня в ревности, так что когда мне представилась возможность дать ей попробовать ее же собственное снадобье, не отвергая на самом деле, я не смог отказаться.
Когда меня увидели ребята с кухни, на их лицах отразился ужас. Они знали, как долго я увивался за Саммер, но впервые она меня не интересовала. Да, я тоже был поражен этим обстоятельством. Я дал ей тампонов из коробки со всякой фигней, которую Генри хранит под раковиной, и отправил обратно на вечеринку.
Мне казалось, Анастасия продержится дольше. Наверное, Саммер не успела спуститься, как Стейси уже взбегала по лестнице.
Может, Ротвелл нравился ей не так уж сильно, а ко мне ее на самом деле тянет, хотя она это отрицает.
Чудесно, что Стейси все время была здесь. Теперь я могу удержать ее на всю ночь и выбить из нее ревность. Ласково трусь носом о ее нос.
– Я буду нежным.
Она прикусывает мою нижнюю губу, застигнув меня врасплох, а потом проводит языком по месту укуса.
– Не надо быть нежным. Трахай так, будто ненавидишь меня.
О господи.
– Анастасия, я не собираюсь вести себя так, будто ненавижу тебя.
Она извивается, отчаянно пытаясь унять желание, и, прищурившись, подается вперед так, что теперь мы находимся нос к носу.
– Почему?
– Потому что никогда не было такого, чтобы я тебя ненавидел.
