Мясо было пресное, без специй, напоминало по вкусу говядину, но очень вкусное и быстро закончилось. Глянув, что Уга не ест, а смотрит на нее, как будто ждет, что с ней будет, ей захотелось у него это мясо отнять и съесть, потому что аппетит только больше разыгрался от сумасшедшего запаха, который разносился по пещере. Уга посмотрел, что она все съела, взял один кусочек жареного мяса и откусил, потом протянул камень с остальным мясом вожаку – своему отцу Арулу. Тот так же понюхал, взял кусок и, не задумываясь, съел. Тут же с камня у него мясо взяла и Маха, его жена. Остальным попробовать не удалось, и они, не спрашивая разрешения у хозяйки еды, похватали мясо Валерии прямо с камня, где оно жарилось, и съели, облизывая губы и пальцы, но своим сырым мясом никто не поделился в ответ.
Клан заурчал от сытости, довольный охотой, и все стали пристраивать свою оленину в костер, толкая друг друга локтями. Валерия, оставшись без ужина, взяла нож Уги и пошла к туше оленя, чтобы отрезать себе кусок, но к ней тут же подлетела Маха. Рыча и держа перед собой нож, она ринулась в ее сторону. Та от удивления отшатнулась и, оступившись, упала на спину.
«Как так? Они съели мое мясо и не собираются делиться! Вот это порядки в клане!»
Маха смотрела на нее сверху вниз и давала понять, что мяса она больше не получит. От несправедливости и обиды у Валерии выступили слезы, но никто, даже Уга, не заступился за нее. Она поднялась, шмыгнула носом и пошла к своей лисице. Отрезала от нее кусок мяса и положила жарить. Соплеменники у костра дрались между собой и отнимали у друг друга жареное мясо, но свое Валерия сторожила с ножом, чтобы никто не посмел взять.
После еды всех стало клонить в сон, и туземцы начали пристраиваться у костра на ночлег: кто-то сидел на валуне, кто-то лежал на своей шкуре на мелких палках и сене прямо рядом с костром, не сильно заботясь об удобстве. Старуха и одна из женщин зачищали на полу каменным скребком шкуру оленя, надев ее на колышки, чтобы она подсыхала. Хромой парень, которого звали Шел, брат Уги, и маленький мальчик Варс, сын одного из охотников, занимались костром. Они закидывали в него крупные ветки, чтобы он не потух за ночь, и также нужно было поддерживать костер у входа. Позже там и лег ночевать Шел, завернувшись в шкуру. Один из мужчин, сидя у костра на валуне, мастерил что-то из кости. Больше было похоже на острое копье, которое он примерял к длинной палке. В ногах у него спала беременная женщина, а рядом с ней лежала молодая девушка Ария, которую увидела Валерия, как только очнулась. Они были с ней почти одного возраста, но судя по отношению девушки, дружбы между ними не было, даже скорее это была ненависть.
Уга разжег еще один костер недалеко от всех, у стены в глубине пещеры. Валерия увидела, что, оказывается, здесь несколько кострищ, обложенных камнями, до этого она не обращала на это внимания. Возле костра, не снимая одежду, легли мальчик Варс и Уга. Они завернулись в шкуры, которые лежали у кострища. Еще одну шкуру дала им Маха, ту, что сохла у входа. Ее Уга постелил перед собой и показал Валерии, чтобы она ложилась перед ним, ближе к костру. Девушка развесила мясо лисицы подсыхать на палку и натянула шкурку на колышки и легла рядом с Угой. Он обнял ее сзади, завернув в шкуру. По-видимому, она очень сильно устала от тех событий, что с ней произошли, так как, согревшись в этой большой шкуре, Валерия моментально уснула.
Проснулась она от криков и звуков борьбы. Костер, возле которого она спала, потух. Уги не было, а Варс возился у большого костра. Там же ругалась старуха и Ария, они что-то вырывали друг у друга, рычали. Маха прикрикнула на них, и старуха, плюнув в Арию, пошла помогать жене вожака. В этот момент Валерия заметила в руках у девчонки свою шкурку, которую она повесила сохнуть. Оглянулась и увидела, что нет ни шкурки, ни мяса. Она подлетела к Арии и, толкнув ее, закричала:
– Отдай! Это моя шкурка! Как ты посмела ее взять?
Ария моментально вытащила нож из-за пояса, Валерия не успела уловить это движение, и та бросилась прямо на нее с оружием в руках, ловко засунув лисицу за пояс.
Девчонка махнула перед собой ножом и задела руку Валерии, когда та прикрылась ею.
– Ария, перестань! – крикнул Уга. Он встал с валуна. – Ты же можешь ее убить!
– Это будет очень хорошо! – сказала она сквозь зубы. – Что ж, пусть не приближается эта слабачка! Уга, разве она тебе нужна?
– Ты забрала мою лисицу! Верни ее, это не твое!
– Ты не умеешь защититься, как же ты сможешь забрать у меня шкурку? Уга станет главным в клане после отца, а ты будешь его женщиной. И как же ты поделишь между нами добычу? У тебя даже ножа нет!
Она схватила Валерию за шкуру на груди и со всей силы толкнула назад. Та отлетела, упала на спину и ударилась головой. В глазах потемнело. Придя в себя, она села, потерла затылок и со злостью посмотрела на Арию.
