— Вставай давай, актриса погорелого театра.
Он со скучающим лицом проследил, как я встаю, и замер в ожидании. Мне ничего не оставалось, кроме как сделать очередной выпад… В этот раз меня не роняли и не били. Он перехватил мой хвост и намотав волосы на кулак (как только успел?!) опустился на колено.
— А-ай! — пискнула я, падая следом. Мамочки, как больно!
— Я тебе что сказал? — раздался тихий злой голос мастера возле уха, и он начал дергать хвост на себя при каждом слове, — Наклон ниже, следи за корпусом, голову пригни, за противником следи. А ты что сделала?
— Не знаю! — я схватилась за резинку, стягивающую хвост, в надежде уменьшить боль. Он с меня сейчас скальп снимет!
— Ты, малявка, вытянула шею так, что до луны макушкой доставала. Наклон почти не сделала. Так, пригнулась для виду. Еще и за мной не следила. Совсем страх потеряла, а, куколка?!
— Отпустите! — позорно попросила я, чувствуя, как из глаз брызнули слезы.
— Ах отпустить? — он, резко дёрнув, выпустил мои волосы из захвата, — Пятьдесят беговых кругов. Иди, переодевайся.
Он развернулся и подошел к скамейке, где оставил свои вещи. Я проследила, как он ушел в одну из дверей галереи, и тоже встала. Как же теперь корни волос болят… Вытерев слезы и шмыгнув носом, я поплелась в душ. И как теперь снимать резинку с волос? Любое прикосновение вызывает такую адскую боль, что хоть плачь! Осторожно развязывая резинку, я открыла дверь в раздевалку, сняла кроссовки и, подхватив полотенце, направилась в душ. Да почему ты не развязываешься… Удар! Я даже не увидела кто меня ударил и пошатнулась. Мимолетно коснувшись занывшее плечо и оставив хвост в покое, обернулась и увидела… Я даже не удивлена.
— Что, больно? — злобно спросила Эшлин.
Я промолчала, осматривая… Своих противников. В душевых нет камер. Даже в раздевалке есть, но не здесь. Так что, если сейчас устроим драку, никто не узнает. Хотя, если я упаду и ударюсь головой о плитку, меня найдут не скоро…
— Молчишь? Да ты вечно так делаешь, — продолжила разглагольствовать Эшлин, — Типа вот, смотрите, я такая умная и крутая. Всегда держишь обещания, да?!
Ну, вообще-то я молчу, потому что обычно мои разговоры выливаются в неприятности. Поджав губы, попыталась пройти мимо… Как же. Какая-то девчонка, стоящая слева, бросилась вперед, только я вовремя ушла от удара. Удар справа, заметила поздно, уже получив по скуле кулаком, но, перехватив руку ударившей меня девушки, резко дернула на себя и заломила в лучших традициях мастера. Девчонка затрепыхалась, и я, с силой толкнув ее вперед, отпустила ее запястье.
— Эшли, — понимая, что слова, скорее всего не помогут, начала я, — Извини, ты знаешь, что я всегда делаю то, что обещала, но так вышло, что…
— Да что ты говоришь? — она прищурилась, — Что такого он тебе сказал, что ты не просто обманула, но и ударила меня по больной ноге? Ты же специально это сделала! Что он такого сказал?!
Ее визгливый голос эхом отражался от стен, и я поморщилась. Что сказал… Если не брать в рассчет его странную фразу, то в принципе, меня просто ткнули носом в слишком очевидную попытку тебе проиграть. Но говорить я все равно ничего не собиралась. Не о таком…
Эшли не выдержала, сжала зубы и, состроив страшное лицо, бросилась на меня. Ладно, черт с ним, все равно я уже одной из девчонок руку вывернула, а камер нет… Я ушла в сторону и придала ей ускорения, ударив в спину. Упс. Эшли неудачно встретилась головой с дверью и, упав, обмякла. Там же нет крови? Я же ее не убила? Внутри шевельнулась змейка страха, но, присмотревшись и убедившись, что все нормально, я облегченно выдохнула… Чтобы снова уклониться от удара. Две ее подружки, увидев это, тоже пошли в атаку. Я сосредоточилась и, снова уйдя от кулака левой девчонки, ударила в живот правую. Она согнулась, глотая ртом воздух. Ну да, я сил не пожалела, только, если честно, ты, дорогая, заслужила. Нечего мне в лицо целиться… Адреналин ударил в голову и, в очередной раз уклоняясь от удара, я с размаху впечатала кулак в челюсть оставшейся девушки. Та покачнулась и, схватившись за лицо, сползла по стенке ближайшей кабинки, противно подвывая. Я же… пару раз вздохнула и, посмотрев на это все дело, вышла. Ну к черту душ, дома помоюсь.
Быстро покидав вещи в сумку, вышла из раздевалки и пошла на улицу. Конечно, это было ожидаемо, но… Моя совесть снова начала грызть мне мозг. Нельзя было нарушать обещание. Да еще так. Я ведь действительно нанесла ей очень серьёзные удары и один из них по пострадавшей ноге… А вдруг после этого у нее был рецидив? Или осложнение… Да нет, она же нормально ходит. Но мог бы быть… Я ужасна. Ради собственной шкуры поступила так низко… Но это ведь и правда страшно быть… Использованной! Да еще и принудительно. Но может, мастер все же шутил? За то время, что я его знаю, он, наоборот, оберегал меня от по-настоящему серьезных травм. Когда я неосторожно упала со «стенки», поймал, хоть и заставил потом бегать… Мысли о моем низком поступке пошли на второй круг, и в итоге к машине я подошла окончательно подавленная.
