На арене продолжались бои на вылет — проигравшие будут отчислены, так мне объяснил мастер. Но то, что я видела… Это точно не бои насмерть? Сдерживая удивление, я проследила как один парень буквально разрезает руку второму. Едва кровь хлынула алым пульсирующим потоком, я отвернулась. Артерию задел… Я почувствовала накатывающую меланхолию, под котоой, глубоко внутри еле-еле шевельнулась ледяная змейка страха. Не смотри… Прикрыв глаза, я перевела взгляд на трибуны, принявшись рассматривать зрителей и вскоре, под волнами усталости страх затих, оставляя лишь отрешенное спокойствие. Кажется, пора спать… Вновь лениво обведя взглядом арену, я отстраненно отметила пару не совсем верных ударов. Хм, а я оказывается не так уж плоха…
Постепенно бьющихся пар становилось все меньше. Кто-то из проигравших отчаянно бил землю, кто-то бросался на противника, а кто-то старался с достоинством уйти. Последних было особенно жалко. Оператор объявил последний бой. Впрочем, его я уже не заметила. Глаза слипались, так что, откинув голову на стену, я прикрыла их, давая уставшему организму несколько минут отдыха. Интересно, мастер сжалится надо мной, если я попрошу пару выходных?
— Молодец, куколка, — меня потрепали по голове и усадили в машину. Обняв свою коробочку с медалькой покрепче, я сладко зевнула. Конечно молодец, как иначе! Решив понаглеть, я потянулась и, стоило мастеру вырулить на трассу, заискивающе начала:
— Мастер, а мастер…
Он вскинул бровь и бросил на меня вопросительный взгляд.
— А если я такая вся хорошая, можно меня наградить?
— Наградить… — протянул он, расплываясь в усмешке, — Ну, и что ты хочешь?
Так-с, и что же я хочу…
— Ну, можно начать с тортика, — я загнула один палец, — Потом можно продолжить отсутствием тренировки сегодня ночью, — еще один палец присоединился к первому, — А закончить можно свободными от тренировок каникулами.
Я загнула третий палец и посмотрела на мастера. Все время пока я говорила, он согласно кивал, легко улыбаясь. А теперь, поняв, что моя речь окончена, хмыкнул и кивнул уже своим мыслям.
— Значит. Тортик — это, конечно, можно. Раз, — он кивнул и улыбнулся шире, — Тренировку отменить, конечно, тоже можно. Будем считать, что ты отбегала ее вчера. Это два. А вот с каникулами загвоздка, куколка.
Я вскинула брови и состроила расстроенную мордочку. Ну эй, ну мастер! Эх, зря надеялась…
— Ты сделала приличное количество ошибок, так что от тренировок на каникулах не отвертишься, — заявили мне ехидно, — Плюс, у вас наконец-то начнется дисциплина по созданию легенды, так что надо бы ею заняться…
Перебивая его, я обиженно запыхтела. Не хочу-у… Почему я не имею права на нормальные каникулы? Да что это за произвол? Требую справедливости!
— Нет, ты, конечно, можешь отказаться и от всего остального, если не хочешь принимать мои условия… — делая невинное лицо, вск же закончил мастер. Свинья. Естественно, я согласилась!
— Итак, создание легенды! — торжественно объявил мастер, когда я поудобнее угнездилась в кресле в его кабинете. Он сдержал обещание, так что тренировки сократились до часа утром и часа вечером, а теоретическая часть проходила в абсолютно неформальном режиме: мы просто разговаривали в его кабинете, попивая чай и поедая вкусности. Надеюсь, так и будет в оставшиеся полторы недели каникул. Я подхватила с тарелки конфету и, запихнув в рот, внимательно на него уставилась.
— Не сказать, что это очень сложно, но для того, чтобы создавать ее качественно и без накладок, тебе придется выучить довольно много и следить за мировыми новостями. Причем не только политическими, но и внутренними, включая кустарные источники.
Тут я вскинула брови. Даже так?
— Вопрос: зачем углубляться в кустарные новости? Разве внутренних источников будет недостаточно?
Мастер задумчиво покрутил в руках кусочек шоколадки, и, положив его в рот, посмотрел на меня.
— Если довольствоваться только мировыми и внутренними, можно не учесть мелкие детали, — он подхватил еще один кусочек и, гипнотизируя его, продолжил, — То есть, например, ты говоришь с каким-нибудь местным жителем и на вопрос, где ты остановилась, отвечаешь, что в гостинице, и хозяйка очень милая женщина. А на самом деле, ее вчера или позавчера увезли в больницу. Естественно, этот человек мгновенно поймет, что ты врешь.
Я закинула в рот еще одну конфетку и кивнула. Забавно. Кого-то и правда волнуют такие мелочи? И вообще, зачем мне разговаривать с местными жителями? Нет, не так. Зачем мне вообще с кем-то разговаривать? Прожевав, я решила озвучить этот вопрос.
— М-м… Знаешь, в некоторых странах, хотя, скорее регионах, очень общительные люди. На курортах, например. Так что с тобой вполне могут начать разговор.
Я скептически скривилась. Может, я буду постоянно сидеть в отеле… Увидев мою мордашку мастер фыркнул.
