– Что вы себе позволяете? – Губы девушки побледнели, глаза будто стали еще темнее, а на щеках появился румянец. Нет, она не смутилась, она гневалась.
– Я думаю, мы с тобой можем устроиться за столиком и обо всем договориться. Ты же не просто так приколола лист гейхеры, правда? – Ричард кивнул на дальний столик около окна и сжал плечо девушки, пытаясь подтолкнуть ее к действию.
Она глубоко вдохнула, задержала дыхание, выдохнула, помедлила лишь секунду, а затем со всей силой, на которую была способна, оттолкнула Ричарда и вылетела на улицу.
– Черт, а она не так проста! – донесся веселый возглас Уильяма.
– Ничего, – тихо произнес Ричард, – значит, поговорим с мисс Эвелин Келли.
И его глаза холодно блеснули.
«Нет ничего хуже высокой кухни, – Глеб поморщился, глядя на зеленый муссовый кубик, украшенный желтым слизким соусом, и перевел взгляд на то место, где еще недавно лежала креветка. Креветку он съел, но вот остальное… – Если бы я был улиткой, то вы бы могли принести мне это, но я не брюхоногий моллюск, что в общем-то не так уж и трудно заметить».
Он подал знак официанту и взял мобильник. Надо бы написать Никите. Пора. Еще не факт, что «принц» сорвется с места сразу. Хотя… Сорвется. Куда ж он денется.
– Как вам блюдо? – участливо-профессионально поинтересовался официант.
– Ну-у, – протянул Глеб и щедро улыбнулся: – Ваш шеф-повар сумел меня удивить. От души желаю ему есть подобные шедевры на завтрак, обед и ужин каждый день ближайшие сто лет подряд. Принесите рибай с прожаркой медиум. – Глеб усмехнулся и добавил тише: – Сегодня много крови не надо… Ее и так будет предостаточно.
Женю он проводил до перекрестка, где и намечалась встреча с Сергеем. Держался на расстоянии, не торопился и тихо насвистывал, пребывая на волнах отличного настроения. Всегда же приятно знать заранее о намерениях противника и тем самым быть на шаг впереди него.
«Давай, рассчитывай все до мелочей, засекай время, полируй свой подленький план до блеска, но… я рядом. И ничего-то у тебя не получится».
Когда Женя села в машину, Глеб продолжил идти по тротуару неторопливо, сунув руки в карманы недавно купленных брюк дымчато-угольного цвета, и лишь через десять минут вызвал такси. Внутренний навигатор работал без сбоев и требовалось расстояние, чтобы следить за передвижением Жени и «рулить» водителем.
Ресторан впечатлял, однако Глеб сразу понял, что хорошенько поужинать здесь не получится. Когда из еды делают шоу, то весело только первый час, а потом банально хочется есть. Нормальный салат и кусок мяса становятся мечтой. Однако и то и другое здесь, скорее всего, подадут размером с воробьиную порцию и непременно украсят витиеватыми финтифлюшками.
Свободных столиков имелось не так уж и много, и Глеб занял тот, который давал необходимый обзор. Сергей и Женя сидели в отдалении левее, и декорации интерьера, которых было предостаточно, удачно не закрывали их.
«Да, этот столик подходящий. То, что надо. Сначала ты Женьку, конечно, накормишь, а потом… Подождем…»
Глеб специально поинтересовался у Никиты, какие у того планы на вечер. Спасать «принцессу» все же должен именно тот, кому и положено по продуманному сюжету, и иные варианты тут категорически не подходят. Ставки сделаны, и они известны. Законченная скотина по имени Сергей надеется заполучить Женьку, а Глеб… Голубые глаза заискрились. А он собирается разбудить в двух душах то чувство, которое не подчиняется приказам и всегда вспыхивает и гаснет, не ведая каких-либо правил и логики.
«И кто же одержит победу? Бесспорно, я». – Глеб развалился в комфортном бархатном кресле в ожидании закусок. Теперь, когда ситуация была под контролем, он мог вновь подумать о Даше и в миллионный раз вспомнить вчерашний вечер до мелочей. До поворота головы. До ее вдохов и выдохов. До обжигающих слов и звенящей в каждой клеточке тела страсти. Его тела. Его страсти. И попробуй пойми, какие чувства пылают в груди Даши. То есть насколько они сильные?
«Так… про грудь сейчас думать не надо. – Глеб тихо засмеялся и устремил очередной взгляд в сторону Сергея и Жени. Все штатно: разговаривают, улыбаются, едят. – Никиту вызывать еще рано…»
Сегодня Даша, погруженная в жизнь своих героев, вновь не выходила из номера. И это, с одной стороны, натягивало нервы, а с другой – добавляло приятного нетерпения и азарта. К этому азарту Глеб уже начал привыкать и даже ждал его.
Как же она отвечала на поцелуй…
Доверяла.
Растворялась.
Принимала его желание и не скрывала своего.
Влюблена?
«Да, конечно, – Глеб подался вперед, подпер щеку кулаком и посмотрел на потолок, увешанный хрустально-стеклянными люстрами. – Наблюдаете? Завидуете? Ну, ни в чем себе не отказывайте, я, собственно, не против. Но только не вмешивайтесь в наши отношения, уж поверьте, мы сами разберемся».
