Роль наблюдателя раздражала, да и меньше всего хотелось, чтобы Женя съела дрянную отраву. Но, во-первых, неизвестно, содержало ли сообщение правду, а во-вторых, поверит ли Женя, если просто подойти и все рассказать? Не поверит. И позже этот подонок вполне может попробовать еще раз преступить черту. Безнаказанность обычно опьяняет.
Никита смотрел внимательно и надеялся уловить тот момент, когда светловолосый парень начнет исполнять задуманное. И хорошо бы поймать его за руку, но повезет ли так?
«Если я увижу что-то подозрительное, то сразу пойду к ним. И пусть тогда сам сожрет то блюдо, в которое подсыпал заготовленную дрянь. Уж в этом я ему непременно помогу…»
Обзор был не слишком хороший, Никита нервничал и почти не отводил глаз от столика Жени. Но только лишь когда она вернулась из туалетной комнаты, он почувствовал неладное. Бледные губы, замедленные движения, странная полуулыбка, блуждающий взгляд… Это была она и не она одновременно.
«Кажется я пропустил тот самый момент… Эта сволочь сидит ко мне боком и загораживает половину стола…»
Когда Женя уходила, блондин оплатил счет и теперь спешил завершить ужин. Сначала он взял Женю за руку, затем приобнял за талию и потянул к выходу из ресторана. Ее белый лаковый клатч на цепочке он повесил на свое плечо.
Никита резким движением отодвинул чашку с остатками эспрессо и сжал пальцы в кулак. В душе волной поднимался гнев, а мозг неожиданно стал холодным и рассудительным.
«Пожалуй, здесь его лучше не трогать… охрана налетит быстро и помешает… и со стороны я буду выглядеть нападавшим на ни в чем неповинных гостей ресторана… Что ж, значит, я вас немножко провожу…»
Поднявшись, Никита направился следом и уже около дверей стало понятно, что блондин ведет Женю не к машине, а к широкой лестнице с серебряными металлическими перилами и абстрактными картинами на стенах.
На втором этаже начиналась уютная территория отеля и Никите здорово повезло, что ресепшен пустовал. Времени с кем-либо объясняться не было, да и пока он осторожничал и не привлекал к себе внимание – шел медленно на расстоянии и тихо. Блондин что-то шепнул на ухо Жене, но она не отреагировала, отчего холода в позвонках добавилось. Душа требовала немедленной мести.
«Женя нарядилась. Новое платье ей очень идет…» – пролетели слова тети Кати, и Никита нервно провел ладонью по небритой щеке.
Она готовилась, рассчитывала на волшебный приятный вечер…
А теперь Женя идет прямо, не понимая, что происходит вокруг, шаг нетвердый, руки опущены, точно нет в них никакой силы и даже жизни.
«Ты ответишь за это, сволочь. Ответишь».
Остановившись около дальнего номера, блондин вынул из нагрудного кармана рубашки карту-ключ, приложил ее к плоскому замку, открыл дверь и…
– Женя! – крикнул Никита, делая рывок вперед.
Но она вряд ли услышала, лишь поежилась, будто замерзла, и мотнула головой. Зато блондин резко обернулся, прислонил Женю к стене и вопросительно приподнял брови, явно не зная, как поступить. Вот только Никита не собирался давать какие-либо объяснения и минуты на размышления. Гнев достиг максимума, и, сократив расстояние, Никита с разворота нанес первый удар в челюсть. Блондин отлетел к противоположной стене, провел рукой по разбитой губе и с удивлением посмотрел сначала на клатч Жени, оказавшийся на полу, а затем на испачканную кровью ладонь.
– Ты кто такой и чего тебе надо?
«Только бы не убить его», – холодно подумал Никита, щурясь.
– Что ты с ней сделал? – процедил он, кидая быстрый взгляд на неподвижную Женю и сразу фокусируя внимание на противнике. – Что ты с ней сделал, я тебя спрашиваю?..
– Иди своей дорогой, – выпалил блондин, но тут же поднял руки, давая понять, что готов разойтись по-хорошему. – Она же не твоя девчонка, так чего ты лезешь…
Никита не стал отвечать, глубоко вдохнув и шумно выдохнув, он метнулся вперед и нанес второй удар, который, к сожалению, получился смазанным. Блондин сгруппировался в боксерскую позу, закрыл челюсть кулаками, а затем совершил резкий выпад. Но Никита увернулся, схватил его за запястье и сделал попытку выкрутить руку за спину. Блондин прохрипел что-то нечленораздельное, вывернулся и зло бросил:
– Думаешь, ей развлечься не хочется? Рано или поздно она все равно бы прыгнула ко мне в кровать.
Эти слова не стоило произносить. Никита брезгливо поморщился и сказал себе еще раз: «Только бы не убить его».
Глеб стоял около стойки ресепшена, наслаждаясь доносящимися звуками ударов и распределяя «волшебную» силу так, чтобы никому не хотелось открыть дверь своего номера и полюбопытствовать, а что же здесь происходит.
