–
«На каких, интересно, курсах телохранителей учат работать ножом? И вырабатывают привычку всегда ходить с пистолетом? – подумал директор по безопасности. – И зачем этому Краусу еще три смены круглосуточной вооруженной охраны?»
Сам Белянчиков не носил оружия, да в этом и не было необходимости: когда-то он всерьез занимался боксом, привык получать и наносить удары, а человек, который не боится, что его ударят, ведет себя очень уверенно. Эту уверенность безошибочно чувствуют другие люди и понимают, что собеседник вооружен – неважно чем: пистолетом, ножом или нокаутирующим ударом.
Когда-то тяжеловес Стас Белянчиков, чуть не стал чемпионом Европы, но в третьем раунде из-за рассечения брови проиграл «техническим нокаутом». И самым обидным для Стаса стал не факт поражения, а издевательская усмешка соперника, польского чемпиона Казимира Халецкого, который изобразил, будто качает обиженного Стасика на руках, как беспомощного младенца. Ох, как же он хотел еще встретиться с Млотом в бою, как представлял молниеносную атаку, свинг правой, большое тело Казамира, с глухим стуком падающее на ринг...
Не пришлось. Не свиделись. Но не забылось. Хотя судьба плетет свои причудливые кружева, и о том, что осуществление предстоящего проекта отправит давно исчезнувшего из поля зрения Халецкого в глубокий пожизненный нокаут, он сейчас не мог и подумать.
– Вы в курсе нашего проекта, господин Краус, – доброжелательно улыбаясь, сказал Скорин. – Это строительство нового газопровода...
– «Синий поток», – невозмутимо произнес Краус порусски.
«Черт побери, откуда он знает?» – изумился Валентин Леонидович. Они с Белянчиковым обменялись многозначительными взглядами. Проект обсуждался только на уровне правительства, все, с ним связанное, носило гриф «сов. секретно», включая название! Впрочем, ничего удивительного: не только «Трансгаз» собирает информацию о партнерах...
Успешно скрыв изумление, Скорин невозмутимо продолжил:
– Три тысячи километров труб, тридцать газоизмерительных станций, насосы, задвижки, измерительное оборудование... И компьютерная программа перекачки газа, которая синхронизирует взаимодействие всего этого хозяйства! Вот что мы хотим заказать вашей фирме, господин Краус. Закупка, разработка, монтаж, приемные испытания. Короче, реализация проекта «под ключ».
– И цена контракта пять с половиной миллиардов евро, – то ли спросил, то ли сообщил Краус, заглядывая в свои бумаги.
Станислав Белянчиков переступил с ноги на ногу, Сердюк тоже напрягся. Запахло жареным. Точнее, большими деньгами. Что, впрочем, одно и то же.
– Таков был один из нескольких предварительных вариантов цены, – спокойно произнес Скорин. – Но имеются и другие расчеты. Мне кажется, пять миллиардов наиболее оптимально учитывают интересы каждой стороны...
Когда речь зашла о деньгах, Краус перестал полагаться на свое знание русского. Теперь фройлян Шерер переводила каждое слово.
Белянчиков внимательно смотрел, как шевелятся ее губы. Крупная немка больше подходила на роль спортсменки – метательницы диска, толкательницы ядра или, на худой конец, байдарочницы. А она одновременно и помощник, и переводчик, и специалист, и телохранитель... На первый взгляд это представляется довольно странным: такую роль у топ-менеджеров во всем мире выполняют подтянутые широкоплечие молодые мужчины с накачанными бицепсами. Но осведомленные люди знали, что герр Краус отличался «нетрадиционной ориентацией», как устарело выражаются в России, хотя благодаря усилиям правозащитников, либералов всех мастей, а главное, самих заинтересованных лиц педерастия распространилась настолько, что «нетрадиционными» скоро станут гетеросексуальные отношения. Как бы то ни было, ревнивый «супруг» Гюнтера Крауса настоял, чтобы главу «Бундес Инвест Гэз» в многочисленных деловых поездках сопровождала исключительно женщина.
