Лихорадочно потекли мысли, пока не нашла то, за что можно ухватиться, и объяснить, как это произошло. Почти поняла. Вариантов было два: или мне её подбросил Макс, во что верилось с трудом, или это был тот мальчик, который спас меня, а сам у меня на глазах превратился в каменную статую. Видимо, в этот самый момент он и положил подарочек мне в карман. Но зачем? Вспомнить бы еще, о чем говорили те ребята.
Нет. Мне это вовсе не нужно. Никаких дополнительных бонусом сверху. Что бы сейчас с нами ни происходило, я собиралась вернуться домой. А быть вовлеченной во что-то опасное (звучит, конечно, смешно, учитывая, как проходит наше путешествие) не входило в мои планы. И то, что этот камешек — очень важен для местного населения, сулит нам большие неприятности.
— У-у-у, — застонала я от головной боли.
— Все хорошо? — раздался за спиной голос Макса. Я вздрогнула и попыталась скрыть панику, зажав в кулаке странный кулон. Не собиралась рассказывать ему о своей находке, да и, в принципе, никому не собиралась. Избавлюсь от него при удобном случае, пока он не принес бед.
Я обернулась, Макс стоял с букетом каких-то трав.
— Э-э-э? — вопросительно протянула я, пытаясь скрыть волнение. Он разделил букетик на две части.
— Это для твоей раны. Энэй заживляет раны и останавливает гниение плоти.
Вот черт! Я крепче сжала кулак. Если Макс сейчас же начнёт меня перевязывать, все пропало! Мое волнение не осталось незамеченным, и какое-то время он сверлил меня взглядом, после чего, отложил желтые целебные травки в сторону.
— Это для нашего обеда, — улыбнулся он и пошел к еде, дав время разобраться с собой. Улыбнулся? Мы точно с тем Максом, угрюмым и хмурым, вышли из леса?
Пока он отвлекся на готовку, я снова занялась этим проклятым камешком. Плохой из меня врун, всегда проигрываю в «Мафию», так что даже не сомневаюсь в том, что плохо изобразила спокойствие. Куда же забросить чертов кулон? Лужайка была зеленой, цветущей. Закинь я его в траву, он тут же затеряется. Я уже отвела руку, чтобы отбросить источник будущих проблем подальше, и остановилась. Это перестало казаться мне хорошей идеей. Интуиция? А, может, девчачья страсть к побрякушкам? Я зло хмыкнула.
— Ами? — Сестренка непонимающе смотрела на меня. Я так следила за Максом, что совсем забыла о ней.
— Пчела, кажется, — соврала, отмахнувшись пару раз от несуществующего насекомого, продолжая сжимать кулак.
Как только сестра потеряла ко мне интерес, я, так и не придумав, что же делать со своим презентом, повесила камень на шею и заправила под платье.
Макс посыпал дичь травками, отчего она стала еще ароматней.
— Пару минут, и будем есть, — повернулся он, довольный собой. — А пока перевяжем твою руку.
Успела!
— Мне снова рвать платье?
Он засмеялся.
— Давай прибережем его. Ты еще не со всеми нашими монстрами познакомилась. Без юбки будет неудобно, — улыбнулся он. Я грозно стрельнула в него глазами.
— Нечем будет перевязываться. — Макс засмеялся еще веселее.
Хотя мне и не понравилась его шутка, я тоже улыбнулась. Сегодня от холода в глазах Макса не осталось и следа. Они были добрыми и весёлыми. Я даже засомневалась, он ли это. Только цвет не изменился, такой же серый.
Мне было неловко. Я не успела обдумать случившееся и как-то определиться с тем, что делать дальше. События так быстро сменяли друг друга, что времени на обдумывание в принципе не оставалось, только успевай приспосабливаться.
Мы сели, и я протянула руку. Он осторожно начал развязывать импровизированный бинт. Движения были мягкими, но все же доставляли боль. Я зашипела.
— Не смотри на меня так. Я не лекарь, — вернул он мне мои же слова.
— Мне казалось, от моей руки ничего не останется.
— Волк порвал только кожу, не задев сухожилия и вены. Болеть будет, но рука не откажет. Тебе повезло, — сказал он серьезно, отвернув в последний раз ткань и открыв рану. Выглядела она не очень страшно, но я все равно отвернулась.
— Боюсь крови.
— Моих ран ты не пугалась, — произнес он сухо.
Я посмотрела на него, пытаясь понять, какие именно раны он имеет в виду.
— Просто не могла. Тебе нужна была помощь. А сейчас могу. Тем более, это моя кровь. Ой! — застонала я. — Кажется, мне сейчас станет дурно.
Стараясь дышать глубже, и не видеть крови, я уставилась на своего спасителя… или мучителя в данный момент. Макс капал на неё соком желтой травки.
— Тебе, и правда, плохо! — удивился он.
И снова
— Угу, — простонала я.
— Как-то я поранила ногу, и от вида окровавленной лодыжки она потеряла сознание, — вставила Лина. — Вот так! Взяла да упала рядом со мной.
— Да? — спросил Макс, пряча усмешку. Мне ничего не оставалось, кроме как, признаться. Ну, Лина!
— Да. Лина закричала во дворе, и я побежала. Она лежала на земле. Я хотела помочь, но вместо этого, увидев рану, упала рядом без сознания. Хорошо, мама была дома и тоже вышла на крик.
— Мама? — спросила Лина, нахмурив бровки.
— Она рассказывала, что в тот миг, когда увидела одну дочь в крови, а вторую, лежащую без движения, чуть с ума не сошла.
