— Все равно поймаю! — кричала она им и бросалась догонять. — Поймаю!
Отмывшись сама, я принялась полоскать платье. Хоть это и значило, что ходить мне придется в мокрой одежде — в грязной было неприятнее. Поэтому, я надеялась, что палящее солнце быстро высушит платье. Волосы оставила сохнуть, завязав платок Макса на запястье.
— Они тебя совсем не боятся, — удивилась я.
— Я им понравилась, — Сестричка, присела рядом, и на нее тут же налетели бабочки, отчего она звонко засмеялась.
— Да, заметно. На меня, вот, ни одна не садится, — проворчала я, выжимая юбку. Лина что-то прошептала и насекомые, вспорхнув, налетели на меня. Я завертелась от неожиданности.
— Не шевелись! — скомандовала Лина. — Ты их пугаешь.
В недоумении, я замерла на месте, и невероятной красоты бабочки облепили меня с головы до ног, а самая наглая села на нос.
— Лина, что ты им такого сказала? — прошептала я, стараясь не спугнуть их. Сестренка не ответила, и засмеялась громче.
Как же этот мир похож на наш, и в то же время как сильно отличался от него! Я любовалась им, ловя себя на мысли, что пытаюсь не думать о том, что произошло вчера.
— Они что, тебя слушаются? — спросила я, глядя, как бабочки снова устраиваются на моей сестре. Платье никак не надевалось.
— Я им понравилась, — повторила она загадочно, — а Макс — нет. Они его боятся.
Я уставилась на нее.
— Как это? — Может, она так свои страхи выражает? — Эй, я же рядом, все будет хорошо! Знаешь, я тоже его немного боюсь, — призналась я.
— Да нет! Мне он нравится, — сказала она и, немного подумав, добавила: — Тебе тоже.
— Нет, — возразила я, не успев подумать.
— Да-да, я видела, — весело улыбалась она.
— Лина, перестань! — Я огляделась, проверить, нет ли поблизости Макса. Сестричка лишь еще веселее расхохоталась.
— Но бабочки его боятся. Очень сильно, — сказала Лина, погрустнев.
— Так он тебе нравится или нет? — переспросила я, так и не поняв, что она хочет сказать.
— Мне — нравится, моим друзьям — нет, — повторила сестренка мне, как ребенку.
Я вконец запуталась и не знала, как ее успокоить.
— Нам не помешала бы его помощь, Лин. Нужно найти дорогу домой. А нам одним в этом мире будет опасно.
— Ами, а нам очень нужно домой? — перебила она, совершенно не слушая. У меня, наверно, челюсть отвисла. — Просто здесь так хорошо! Смотри, какие красивые бабочки! Может, немного задержимся?
— Ну, если только немножко, — протянула я, не зная, что ответить.
Лина сидела молча, обхватив колени. Я наконец-то справилась со своим платьем и обняла ее.
— Ты мокрая! Мокрая, как лягушка! — закричала она, отодвигаясь.
Обратно мы возвращались в хорошем настроении, играя в пятнашки. Обычно я поддавалась ей в этой игре, но в этот раз платье настолько мешало, что сестричка без труда догоняла. К нашему приходу Макс затушил огонь и завернул остатки еды в какие-то листья. Лина принялась складывать их в свой рюкзак.
— Выдвигаемся, — сказал он и уставился на меня.
Только сейчас я представила, как, должно быть, выгляжу в мокром насквозь, прилипшем к телу полупрозрачном от воды платье. Другой одежды не было. От его взгляда пульс сбился с ритма, решая, подскочить ему или, наоборот, замереть. Я поежилась, не зная, что делать.
— Оденься, если тебе нечего мне предложить, — сказал он, сунув свой плащ мне в руки.
Щеки тут же вспыхнули. Да и я — от возмущения.
— Я просто помыла его, — Воздух в легких закончился, и я запнулась.
— Тогда не стой, — ухмылялся он, не отводя глаз, пока я куталась в его плащ. — И верни мне платок. Я отвязала от запястья черный кусочек ткани.
— Я хотела поблагодарить. Если бы не ты — нас бы уже не было, — сменила я тему, и сказав то, что давно хотела. — Спасибо.
Он коротко кивнул.
— Мой дом лежит на той стороне. По твоим словам, вы шли оттуда. — Он указал практически туда же, откуда мы пришли. — Нам по пути. Если не медлить, через двое суток будем на месте. Пойдем вдоль границы снежного леса, обогнем ее слева и выйдем на тропу, ниже по склону, где встретились.
Я не слушала. Не слышала ни единого слова. Он идет с нами. Все внутри замерло. Я даже не представляла, что буду так рада. Как, оказывается, я боялась того, что наши пути могут разойтись! И тут же осадила себя: Хватит думать о глупостях. Он ждал ответа.
— Это очень здорово, что нам не придется идти одним! Спасибо, Макс! — Он улыбнулся, улыбались и его глаза. — Надеюсь, дальше обойдемся без происшествий.
— Было бы неплохо, — согласился он, приблизившись ко мне.
— Кто же ты? — спросил Макс, убирая непослушные пряди с моего лица. — И зачем пришла в наш мир?
Я не могла дышать, всем телом реагируя только на него — на его взгляд, слова, действия.
— Не знаю. — выдохнула я ему в губы.
— И я не знаю, — ответил он так близко от моих.
— Вы идете? — раздался детский голосок, заставивший нас отстраниться друг от друга. Сборы проходили в молчании. Я добавила куртку к теплой одежде Лины. Замотав их вместе покрепче, пыталась приспособить ее за спиной, когда Макс выхватил ее из рук и закинул себе на плечи. Мы двинулись в путь.
