Эти слова, произнесенные семилетним ребенком, казались мне невероятно важными. Значит, я не ошиблась: он что-то чувствует. Хотелось, чтобы это было именно так, а не просто интерес к редкому феномену хождения через порталы. Как же мне теперь вести себя, когда он придет?
Все оказалось проще. Вернувшись где-то через полчаса, он просто взял охапку вещей и, бросив, что пора выдвигаться, двинулся в путь. Ни слова, ни взгляда — ничего.
Вечером на горизонте стали собираться черные тучи. Мы долго шли, не останавливаясь, и, наконец-то присев отдохнуть, я почувствовала, как сильно устала и проголодалась. Макс принес ягоды в импровизированной тарелке из листьев.
— Пора ужинать, — сказал он, глядя на мою сестренку.
Лина стала доставать из рюкзака солидные куски мяса с нашей прошлой трапезы. Хоть еда и не блистала разнообразием, перекус обещал быть сытным. От прежней легкой беседы ничего не осталось, царило напряженное молчание. Как бы завязать разговор? Лина с любопытством и хитрой ухмылкой смотрела то на меня, то на Макса. О чем думал он, я не знала. Не желая смотреть на него, я уставилась на ножку птицы, пытаясь не упустить ни одной детали, прежде чем съем ее. Мясо было вкусным, даже в холодном виде. Украдкой я все же поглядывала на Макса. Он был расслаблен, словно ничего не произошло. Наверно, для него этот поцелуй ничего не значил. От досады есть расхотелось. Лина корчила рожу, подавая мне какие-то знаки, и это меня сильно раздражало. Не обращая на нее внимания, я отложила в сторону кость и потянулась за ягодами, надеясь, что она прекратит, и тихо ахнула, когда рука вместо ягод коснулась горячей ладони Макса. Если я раньше думала, что более неловким молчание стать не может, то я ошибалась.
Он подтолкнул ягоды, предлагая взять первой. В отличие от меня он не избегал моего взгляда, а, как обычно, внимательно наблюдал. От злости я демонстративно отвернулась, поглощая по одной ягоде за раз.
Лина разочарованно надула губы.
— А вы что, больше не будете целоваться? — обиделась она.
Мы с Максом посмотрели друг на друга.
— Нет! — возмущенно крикнула я.
— Будем, — одновременно со мной ответил Макс.
— Что?
— А разве нет?
— Но тебе не понравилось! — сгоряча ляпнула я.
— Я этого не говорил.
— Ты сказал, больше так не делать.
— Да. Тебе.
— В смысле?
— Будет нужно, я сам это сделаю. — Он откровенно, не скрывая ухмылки, потешался надо мной.
— Только попробуй!
— Тебе же понравилось! — самодовольно вставил он.
— Нет! — рявкнула я на него.
— Да, — коротко сказал он.
— Да-а-а-а, — протянула Лина с горящими глазами, ожидая продолжения. — А давайте прямо сейчас!
— Лина! — возмутилась я.
— Думаю, тебе такое видеть ещё рановато. — он улыбался.
— И что, вы будете ждать, когда я усну? — обиделась Лина.
На этот раз Макс расхохотался в голос. Я залилась краской.
— Неплохая мысль, — оценил он. Лина хихикала с ним вместе, прикрыв рот ладошками. Потом встала и с серьезным видом заявила:
— Тогда я пошла спать. — Макс прыснул пуще прежнего.
Невозможно не засмеяться, когда рядом с тобой буквально захлебываются от смеха. Всеобщее веселье захватило и меня. Не знаю, чем была вызвана такая резкая перемена настроения парня, но меня радовало, что напряжение схлынуло.
— Погоди ложиться, — отдышавшись, но, не переставая веселиться, остановил ее Макс. — За холмом проходит та самая дорога. Лес за ней даст нам больше укрытия. Остановимся на ночь там. Гроза идет.
— Мы успеем? — Желания попасть под ливень не было.
— Придется поторопиться, если не хотим промокнуть, — сказал он, протягивая мне руку. Я ухватилась за неё, почувствовав обжигающе тепло его ладони, и на долю секунды показалось, что в этот раз вежливая помощь была чем-то большим, наэлектризовав пространство между нами. Я поднялась, снова оказавшись слишком близко к нему… или же это он притянул меня к себе? "Зачем же ты это делаешь, Макс? — спросила я про себя.
— Идем, — прошептал он и ожидаемо оставил нас догонять его. Ох, Ами! Xто же с тобой!
По дороге мы то и дело ловили взгляды друг друга. Лина шла и довольно улыбалась.
— Я же говорила, — заговорщически шепнула она мне, тогда как я не могла скрыть улыбку.
Подъем оказался не столь тяжелым, сколько продолжительным. Когда мы добрались до вершины, тучи уже скрыли последние лучи солнца. Хотелось посмотреть, каким будет спуск, и я прибавила шагу, догоняя Макса, как раз в тот момент, когда он, повернувшись, повалил меня на землю и велел Лине сделать то же самое. Она заморгала от неожиданности, и тут же легла.
— Ш-ш-ш, — прошептал он. — Оставайтесь тут.
А сам пополз выше и, укрывшись за деревом, принялся за чем-то наблюдать.
— Будь тут, — велела я сестричке и медленно двинулась за ним.
